В третей томе "Сердца Зверя" синий взгляд смерти ярко раскрывается, а Даниил Мелин становится центром жестокой битвы. Каждый герой находит в себе новые грани силы и страха — отчаяние иhope вырастают из земли в полной мере. Александру Бу признательность за помощь, она нужна для продолжения этой драматической повести о войне и ее последствиях....
Похоже, «Сердце Зверя. Том 3. Синий взгляд смерти. Закат» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
– Шмурж… бжахт!
– Грм… пш… бры, – подтвердил удивительно тощий для Кагеты кардинал. – Орстон!
– Мэ… ра… тхон! – откликнулось из казаронских рядов. – Пш… манх!
– Хыррр!
Привычный к обстрелам Капрас увернулся от чего-то оранжевого, пронесшегося совсем рядом и лихо шмякнувшегося о стену.
– …прымс… хучфа… хып!"
"Второй снаряд баловавшийся в юности мячом маршал поймал на лету прежде, чем сообразил, что делает. Оранжевое нечто оказалось потертым сапогом с огромной золоченой шпорой. Сомнений не было – добыча не только выглядела как сапог, но и должным образом пахла.
Хаммаил вздымал кулаки и топал ногами, как истый кагет, и при этом визжал на гайи. Казару басовито вторила казаронская разноголосица, гремела доспехами стража, усугубляя суматоху, за какими-то кошками выли трубы, метались потревоженные мухи и осы.
– Казнить! – потрясал кулаками Хаммаил. – Повешу! На месте… Это заговор!.. Талига и Бааты!.. На меня… Против меня! Пршт… камрусха… ып!
Не имевший обыкновения орать даже на проворовавшихся интендантов Капрас считал крик слабостью, но в Кагете маршал был чужаком.
– Хр-р-р-рыф!
Пара статных седых стражников выволокла из толпы босого носатого казарона.
Хаммаил что-то гавкнул, и злоумышленника умело швырнули на колени. Рот ему заткнуть не догадались, и рот этот не закрывался. Зато разноцветная казаронская стена притихла и слилась в нечто единое и выжидающее.
Подоспел вездесущий Курподай, встал чуть позади.
– Может, хоть вы объясните, что за… – начал Капрас и понял, что все еще сжимает в руке орудие покушения.
3
Суд был скорым. Подобной прыти от Хаммаила маршал не ожидал. Босого Пургата приговорили к смерти минут за десять. За оскорбление казара и союзной Гайифы. За участие в заговоре в пользу Лисенка и Талига. За покушение на жизнь гороподобного казарона и грабежи на дорогах. За затравленных собаками мирных путников и оскверненный храм. Казароны молчали не то чтоб уважительно, но с пониманием.
