– Южная Марагона никогда не станет дриксенской, а топить там нечего… Вот если я заменю фок Варзов, дриксы поймут, что дела у нас плохи и мы отдаем себе в этом отчет. Когда всё в порядке, командующих не меняют, а подсказывать потихоньку ты не сможешь, да и что бы ты Варзову подсказал? Рысь ничему не научит волка, потому что прыгает с дерева и умеет выпускать когти.
– Поэтому я и предлагаю прыгнуть с дерева в другом месте.
– Я осведомлен, что в случае необходимости ты ради Талига пожертвуешь собой и всеми. Я тоже, но необходимость у нас разная. Ты что-то хочешь сказать?
– Всего лишь устроить судьбу капитана Давенпорта. Эта знаменитость не создана для особых поручений, по крайней мере моих."
"– Давенпорта сейчас разыщут, я так и так собирался его расспросить. – Регент протянул руку к звонку. – Странная увертка… Если не хочешь продолжения разговора, так и скажи. Решение принято, его можно не обсуждать.
– Это не увертка, а воспоминание. При первой встрече я объяснил Давенпорту, чем и когда готов жертвовать. Он был шокирован.
– Неудивительно. Вы с Рокэ хотите всего, сразу и любой ценой. Давенпорта ко мне! – потребовал регент в открывшуюся и тут же притворенную дверь. – Не люблю терять время… Но сделать несвоевременно – почти наверняка сделать плохо. Пойми, нельзя растопить зиму кострами. Снег может сойти только сам. Сильвестр это понимал…
– Сильвестр кончил тем, что собрался напоследок убить короля с наследником и возвести на трон Алву.
– Что?!
– Вас он в известность не поставил. Не думаю, что из-за родства с Олларами. Скорее, не рассчитывал на понимание.
– Кто тебе сказал эту чушь? Катарина?
– Она догадалась, но сказал мне Сильвестр. Когда запретил убивать младшего Манрика.
– А ты?
– Не убил.
– Не юли, не в Олларии. Леворукий знает что… Не могу тебе не верить, но неправильно можно понять любого.
– Сильвестр высказался предельно четко.
– Вряд ли ты столь же четко ответил, иначе не оказался бы в Кадане, или… ты оказался в Кадане именно поэтому?
– Похоже, меня решили убрать из столицы до разговора, а после не передумали.
– Тогда что ты сказал?
– Объяснил, что Алва не согласится. Его высокопреосвященство из этого как-то вывел, что соглашаюсь я. Спорить я не стал. Сильвестр не тронул бы Фердинанда, не разделавшись с теми, кого держал за врагов, и не начал бы, не определившись с наследником Анри-Гийома, а это требовало времени. О смерти никто из нас не подумал. Кардинал отводил себе от года до трех. С тем, что говорили лекари, это не расходилось, только прошлый год стал годом ошибок.
– Проклятье!
Регент сел, передвинул бумажную кипу и налил себе «кислятины» – иногда руки просто необходимо чем-то занять.
– Кто-то может подтвердить твои слова?
– Я. И вы, если припомните последние дела Сильвестра.