Завершающий том эпической саги о судьбе загадочной синеглазой женщины. События стремительно приближаются к развязке, маски падают, открывая истину. В мире, где золото теряет ценность, а кровь становится бесценной, героиня должна сделать финальный выбор между личным счастьем и спасением мира.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Сердце Зверя. Том 3. Синий взгляд смерти. Закат» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Завершающий том эпической саги о судьбе загадочной синеглазой женщины. События стремительно приближаются к развязке, маски падают, открывая истину. В мире, где золото теряет ценность, а кровь становится бесценной, героиня должна сделать финальный выбор между личным счастьем и спасением мира.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Завершающий том эпической саги о судьбе загадочной синеглазой женщины. События стремительно приближаются к развязке, маски падают, открывая истину. В мире, где золото теряет ценность, а кровь становится бесценной, героиня должна сделать финальный выбор между личным счастьем и спасением мира.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Сердце Зверя. Том 3. Синий взгляд смерти. Закат» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Императоры – люди бережливые, лишнего не потратят.
– В Левкре они против нас понастроили, – внес свою лепту Коннер, – а казаронов чего бояться…
Марсель поискал глазами зеленые рога. Издали они выглядели просто отлично! Бакранов гайифцы не ждали еще больше, чем казаронов, но бакран теперь не тот, что прежде.
– Вот так бываешь прав, прав, – зевнул виконт, – а потом что-то незаметно меняется, и вся твоя правота – одна сплошная ошибка.
– Точно, – подхватил Коннер, – мы так седунов прохлопали… Теперь очередь Емперии.
2
– Мы готовы, – коротко сообщил Барха. Бакранский принц рвался в бой, как и его козлерия. Шесть сотен двойных бород. Почему именно шесть, Марсель не знал. То ли Бакне чем-то приглянулось само число, то ли Гарра что-то увидела, а вернее всего, в гвардию наследника решили брать каждого десятого из натасканных младшим Коннером и его адуанами. Таковых за два года набралось шесть тысяч, не так уж и плохо, особенно когда за спиной Дьегаррон, а рядом – Ворон.
– Барха, – Алва положил руку на плечо союзнику, – поглядите на этот холм. Там пушки. Они должны расстреливать тех, кто захочет пройти к городу, а мы как раз хотим. Что будем делать?
Бакран медленно протянул между двумя пальцами пушистую, но короткую бородку, слишком короткую для серьезных раздумий. Ничего, с рождением второго сына бороду позволят отпустить еще на ладонь, а для дальнейшего роста придется совершать подвиги. Жаль, если сегодняшний штурм за таковой не засчитают, но ребенок еще не рожден, а продолжение рода для бакранов важнее. Было, потому и выжили.
Сын его величества Бакны выжал из бороды все, что мог, и покосился на Коннера. Тот промолчал, шумно втянув воздух, будто… унар перед испытаниями, хотя унар сейчас у нас Барха, а генерал-адуан выходит ментором. Но волнуется он больше. Подсказать?
– Я вижу, – осторожно начал принц, – что пехота стоит на дороге, ведущей в большой город. Она его защищает. Холм стоит сбоку, и пушки на нем защищают пехоту, но кто защищает сами пушки? В больших армиях положено ставить много людей, чтобы беречь такое мощное оружие. Нам так говорили.
– Вам правильно говорили. – Хочешь, чтобы Алва похвалил, – стань бакраном или пейзажем. – Прикрытие у них есть, но с обратной стороны холма. Гайифцы защищают батарею от обхода и удара с заднего, более пологого, склона. Передний слишком крут, чтобы по нему быстро подняться. Часовые успеют позвать на помощь.
Жилистая рука выпустила бородку. Барха удивился. Барха очень удивился.
– Нельзя быстро подняться?"
"В черных глазах мелькает что-то… веселое. Тот, кто равняет с глупостью искренность и неумение есть вилкой, сам дурак. Да будь бакраны хоть восемь раз дикари, что с того? Парни-то славные. И смекалистые.
