– Фельдмаршал – человек упорный, потери его не смущают, а возможность добиться успеха здесь есть, и немалая. Бруно ее не упустит.
2
Пара легкоконных эскадронов, прорвавшихся в глубь талигойских позиций, – это далеко не все дриксы. Ну разогнали «забияк», порадовались малость, зато теперь…
Туго пришлось не только поредевшей пехоте, на подмогу которой спешно вытребовали полк Лецке, напрягал последние силы весь левый фланг. Чарльз не успел разобраться, как оно так вышло, а если б и разобрался, толку-то? Схватка шла возле самой подошвы холма, в нескольких местах сражающиеся уже схлестнулись вплотную и огневой бой перешел в рукопашный. В сотне шагов от обогнувших Болотный драгун.
– А, обнеси меня Леворукий, – ругнулся, осадив рыжего, Бертольд. – Капитан, ну что же это за пакость такая?!
Ответа не требовалось. «Гуси» продавили-таки талигойскую линию прямо перед драгунами и на их глазах. Оборона рушилась. Дриксенские пикинеры взбесившимся ежом перли дальше. Следом толпой, да еще прилично растянувшись, валили мушкетеры. Еще немного, влезут на курган, захватят батарею, закрепятся и ударят в спину тем, кто пока держится. Прорыв расширится, все посыплется к кошкам… Надо атаковать! Немедленно, вот прямо сейчас, любой ценой… Кому?!
К счастью, капитан Давенпорт не был на левом фланге ни самым умным, ни самым решительным. Бертольд еще не закончил замысловатую жалобу, а один из резервных батальонов уже бросился вниз по склону. Мушкетеры на флангах вели огонь прямо на ходу, лишь бы задержать врага, пикинеры в центре шли скорым шагом, противопоставив дриксенским пикам свои, и выглядело это страшно.
Сошлись. С грохотом, с пальбой, с криками. И встали, как встают по осени насмерть сцепившиеся рогами лоси. Количество дриксов уравновесило тяжесть атаковавших сверху вниз талигойцев, и весы боя застыли, ожидая очередной гири. Чарльз сжал поводья, понимая, что следующие – они.
– «Драгуны, – подтвердила из-за спины труба, – в галоп!»
Три роты рванулись к лезущей на холм ораве, целя во фланг. Врезались, и пошла потеха.
Рубить по головам и плечам разбегающихся вражеских пехотинцев Чарльзу было не впервой, вот капитан и сам не увлекся, и роту удержал. «Не зарывайся!» – один из намертво затверженных уроков Савиньяка. Не зарывайся, как бы соблазнительно ни подставляли спины враги. Не зарывайся, как бы ни рвались в погоню товарищи и подчиненные. Ну и что, что «гуси» бегут, – кстати, слишком уж резво и охотно…
– Стой! Стой, раздери вас всех Леворукий!!!"
"– Капитан, это ты нам? – Коня Бертольд придержал, и на том спасибо.
– Назад! К кургану!
Орудийный залп, неожиданно близкий, саданул по ушам, а кому-то – не только.