– Потом расскажу, ладно? – потянула я подругу в толпу, надеясь оказаться не в самом конце очереди за инструментами к практическому занятию и тем самым хоть немного снизить степень своей вины.
Мэд Вивин вышагивал по коридору важно и неспешно, покачиваясь, словно каравелла, и гордо неся немалое пузико вперед, поэтому только-только добрался до двери. Первокурсники приготовились брать лабораторию с низкого старта.
Пухлая ладошка прикоснулась к ручке и потянула. Дверь легко выскользнула из проема и, будучи ранее снята неизвестным злоумышленником с петель, под дружный студенческий визг стала заваливаться. В первую очередь, разумеется, на мэда Вивина, который, в отличие от своих учеников, не сразу сообразил, что происходит, и не бросился прочь. Впрочем, скорее всего, он просто не успел бы далеко отбежать. Огромная, в два человеческих роста, деревянная резная плита почти погребла под собой мага и нескольких нерасторопных студентов, когда над ними раскинулся голубой купол. Дверь наткнулась на препятствие и со скрежетом скатилась по светящейся полусфере на пол, издав напоследок жуткий грохот и подняв столб пыли.
Всеобщий вздох облегчения. А затем рев раненого зверя. Это мэд Вивин убрал защиту и принялся поносить неизвестного за злую и безответственную шутку. Да уж, если бы не поразительная реакция алхимика, от которого сложно было ожидать вообще каких-либо скоростных действий, то массивная дверь покалечила бы немало народа.
Через несколько секунд к возмущенному преподавателю присоединились, кажется, все вокруг. Ругались, кричали, жаловались. Удивительно, как в такой какофонии удалось расслышать предположение Гордея, неожиданно появившегося рядом с профессором:
– Мэд Вивин, скорее проверьте остаточный след, пока он не стерся. Тут столько неподконтрольных первокурсников, что в любой момент он затеряется в чужих энергиях, не останется и намека на преступника.
– Так ловушка же немагическая! – удивился кто-то из толпы. – На то, видать, и был расчет. Не засечь ни до, ни после.
– Слабый и быстро исчезающий след остается, даже если маг не применял свой дар, – поучительным тоном возразил Гордей.
– Ох да-да, я сейчас, – просипел профессор, доставая из кармашка платочек и старательно вытирая пот с лоснящегося лица. – Сейчас…
После стрессовой ситуации и эмоциональной вспышки, благодаря которой многие студенты пополнили свой нецензурный словарный запас, маг казался совершенно обессиленным. Он устало привалился к стене и повел ладонью вдоль косяка.
