И, если подумать, то все предыдущие визиты были практически одинаковыми. Он либо выкручивался из сетей, расставленных Морганом, либо… ему не везло, и он не выкручивался.
Но сейчас все как-то выбивалось из привычной канвы.
Они сидели в овальном кабинете вдоль Т-образного стола. Во главе, как и положено, находился сам Император Морган. По левую руку от него, завернутый в тюрбан, в одежде, чем-то напоминающей лунный свет, скрестив руки на груди, откинулся на спинку стула Хашим — Патриарх секты Лунного Света.
Хаджар, как и многие в столице, не знал, какой силой обладал старик. Но ему было достаточно того факта, что Хашима уважал Орун. А Великий Мечник вообще мало кого уважал, что уже само по себе являлось высокой оценкой.
Хаджар оказался по правую руку от Императора и, что удивительно, рядом с ним сидела еще и Акена. Рыжеволосая принцесса Дарнаса — мечница ступени Повелителя средней стадии, которая, по “странному стечению обстоятельств” после посещения Карнака, “вдруг” прорвалась во владении клинком и обрела свое Баронство меча.
Но напрягало Хаджара совсем иное.
Еще недавно, буквально несколько месяцев назад, Морган недвусмысленно дал понять, что если увидит Хаджара “рядом” с дочерью, то тому будет несдобровать.
Теперь же, по каждому поводу, он делал так, чтобы Акена нарушила этот “словный договор” и оказалась в непосредственной близости.
— Мы не являемся вашими подданными, Император, — в который раз за последний час переговоров повторил Хашим. — И тот факт, что наши земли находятся на внутри границ Дарнаса — тоже ни о чем не говорит.
— Идет война, Хашим.
— Войны всегда идут, Император Морган, — серебристая борода Хашима, обвязанная стальными нитями, сверкала в полуденном солнце и слегка слепила глаза. — я уже долго живу на этом свете и помню, как ты лично развязал несколько подобных.
— Не подобных, — возразил Морган. — подобной этой, достопочтенный Хашим, еще не было в современной истории Семи Империй.
— Речь идет о битве на уничтожение! — чуть поднял голос Морган и вокруг него вспыхнул огоньки жуткой энергии. — Когда уляжется пороховой дым — останется либо Ласкан, либо Дарнас.
— Тогда нам, секте Лунного Света, не придется делать выбора — мы заключим союз с победившей Империей.
— Может получиться и так, что не останется никого — только выжженная земля.
Хашим посмотрел на моргана и вновь философски дернул бородой. Насколько вообще было возможно “философски дергать бородой”.
— Тогда секте Лунного Света все равно не придется делать выбора — мы останемся заживлять раны на земле, которую вы разрушите своими амбициями.
Морган поболтал в руке бокалом с алым соком и, отпив из него, поставил в сторону.
— Если, конечно, секта Лунного Света уцелеет.
— Если уцелеет, — кивнул Хашим.