Мысли об этом странным образом занимали Хаджара аж до самого момента, как он оказался внутри небольшого дома, который заняли Эрия с дочерью и слугой.
Весьма ладный, но все еще пахнущий некоей затхлостью и сыростью — явными следами того, что здесь долгое время никто не жил.
Деревня, пусть и небольшая, имели “лишние” дома, которые выделяла молодоженам или новым селянам. Повсеместная практика для региона Белого Дракона.
Наследие, оставшиеся со времен… со времен того, кто сейчас во внутреннем дворе колол дрова для очага.
Собственно, у этого самого очага сейчас и стояла Эрия. Она, напевая себе под нос едва различимую в словах песню, бросала внутрь чайника, стоявшего на железной решетке, различные травы и коренья.
Невысокого роста, с заплетенными в косу каштановыми волосами, смугловатой, загорелой кожей, в простеньком сшитом на скорую руку холщовом платье и фартуке.
— Генерал, — она обернулась, улыбнулась и вернулась к своему занятию. — Рада, что вы решили навестить нас перед уходом на фронт. Лита все время о вас спрашивала.
Хаджар, проведя ладонью по шитой скатерти, в очередной раз убедился в своих догадках.
— Как вас зовут, миледи? — спросил он.
Эрия засмеялась. Ну рука её дрогнула и несколько сушеных листьев упали на слишком теплый, для этого времени года, пол.
— Разве вы забыли мое имя, генерал?
— Как вас зовут, миледи? — повторил свой вопрос Хаджар.
— Как я вам уже говорила прежде — Эрия, — ответила хозяйка дома.
И все эти ответы могли бы ввести кого-то в заблуждение. Кого-то, кто не встречал прежде фейри. Народа богини Дану.
— Третий раз спрошу — как вас зовут миледи?
Эрия… или как там её звали на самом деле, обернулась.
Холщовое платье обернулось шелком и парчей. Смуглая кожа стала медью и бронзой. Кошачьи черты в её лице стали чуть ярче и четче, но это делало её лишь краше. Он словно вытянулась в росте, преобразилась фигурой, превратившись из ладной женщины средних лет в молодую красавицу, которая могла бы мановением руки развязать войну среди королевств.
Преобразился и дом.
Он стал просторнее. Светлее. Чище. Ковер, который объяснял теплый пол, вдруг обернулся травяным покровом. Скатерть на столе — мягкой лиственный кроной дерева, которым и являлся удобный стол.
— Эрия, — мелодичным, певучим голосом, ответила женщина. — придворная Летнего Двора страны Фейре.
Фейри не могли лгать. Они всегда говорили лишь правду. Но прямо отвечали на вопрос лишь после того, как спросишь их трижды.
