Здесь кроме садов и нескольких прудов стояли лавочки. Там торговали местные ученые.
Они предлагали разнообразные снадобья и зелья для мужчин. Одна пилюля увеличит мужскую “силу”, другая — поможет не думать об отягощающих последствиях. В общем, делали деньги, отдавая долю Сенте.
Для работниц “Луга” по договору они и вовсе делали снадобья со скидками. Причем очень внушительными, учитывая, сколько такие аналоги стоили в лекарственных лавках.
Сейчас же, когда повсюду горели красные фонари, через раздвижные окна-створки были видны девушки. Разной красоты и оттого — разной цены. С ними веселились, пили, спали, просто болтали самые разные клиенты.
Большинство зданий возвышалось на два, а то и три этажа. Так что за один вечер и ночь на “Лугу” могло побывать до нескольких тысяч человек. Учитывая, что городок был небольшим — всего три-четыре миллиона жителей, то это очень внушительно. Все же даже на самых простых работниц ценник здесь стоял немаленький.
И во время всей этой феерии в центральном зале, где веселились самые высокие городские чины, сидела фигура, закутанная в черные одежды. Ни рук, ни лица, ни ног не было видно. Лишь только белые перчатки, бегущие по струнам музыкального инструмента.
Гости заведения ели и пили, смеялись, пели, обнимали весело хохочущих девушек. Залезая им под юбки и губами касаясь атласных шей, они проливали алкоголь на шелковые подушки и ворсистые ковры. А фигура все играла и играла.
Хаджар уже давно привык к местной обстановке. В борделе он провел столько же времени, сколько с цирком уродцев — пять лет. Как раз только вчера ему стукнуло семнадцать лет.
Семнадцать лет он провел в этом мире. Семь счастливых и беззаботных и десять… Десять он провел в теле немощного уродца, неспособного даже метлу взять в руки, не то что меч.
— Играй громче! — пьяно рыкнул какой-то чиновник и замахнулся, чтобы кинуть тапком.
Но тут же из-за угла вылетела миниатюрная девушка. Рыжие волосы, черные глаза, белая, почти снежная кожа. Эйне — дочь хозяйки борделя. Она, улыбаясь, что-то мило прощебетала на ухо чиновнику, и тот остыл.
Эйне, возвращаясь, подмигнула Хаджару. Не то чтобы бывший принц всегда умудрялся найти себе компанию в лице милой девушки. Он был дружен лишь с одной — со Стефой. А та неплохо знала Эйне и, видимо, замолвила словечко, так что теперь Хаджар приятельствовал с рыжей девушкой.
Она часто добывала ему дополнительную порцию пищи или оставляла слишком уж щедрые “чаевые”. Их Хаджар старательно копил.
