Он ведь уже говорил, что Том не был дураком?
- И хватит меня уже проверять, - откупорив горлянку (впрочем, кто вообще сказал, что он её закрывал), Том стиснул с соседнего стола чарку.
- Эй! - огромный детина, двух с лишним метров в росте и половину в плечах, схватился за секиру, но едва ли не потерял сознание от сжавшего сердце ужаса. - Д-д-достоп-п-пчтен-н-ный ад-д-депт.
Промямлив, он повернулся к своей притихшей компании.
Да, не стоило забывать, что для внешнего мира даже сила Тома считалась тем, с чем не просто стоит, а следует считаться. Рыцари Духа средней стадии, на которой и пребывал том, являлись хищниками, стоявшими на вершине пищевой цепи Семи Империй.
Что же касательно Повелителей и, тем более, Безымянных, то они редко когда оказывались в таких вот заведениях. А если и путешествовали, то исключительно из пункта А в пункт Б. При этом использовали небесный транспорт. Летающие лодки или даже целые корабли.
Простые странствующие адепты редко когда их встречали.
А если встречали, то порой не могли пережить этой встречи, чтобы рассказать другим.
Таверна шумела и галдела. Дородная официантка, приняв заказ у Тома с Хаджаром, “упорхнула” куда-то к барной стойке. Много компаньоны заказывать не стали - три кувшина хорошего вина, мясное рагу и чайник сладкого чая.
Еду они брали, разумеется, для Анетт.
Даже Небесный Солдат мог месяцами обходиться без еды. Что же касается Хаджара, то он не сомневался, что при необходимости и достаточном доступе к Реке Мира, сможет вообще до конца своих дней ничего не есть.
Пища становилась не способом подпитки организма, а источником удовольствия.
Если, конечно, не брать в расчет мясо диких зверей, находящихся на высоких уровнях развития. Но это, скорее, исключение, чем правило.
Так вот - галдящая, заполненная почти до отказа таверна, вдруг затихла. Люди замерли в тех позах, в которых находились. Кто-то с чаркой, не донесенной до губ, кто-то с лапой на женском бедре, кто-то с женской хлесткой пощечиной на лице.
Посетители всех мастей и всех уровней развития не могли оторвать взгляда от входа в таверну. На пороге, в охотничьем, облегающем кожаном костюме, стояла Анетт.
Её высокие, крепкие, упругие груди лишь подчеркивались костюмом, как, собственно, осиная тали и широкие, но не толстые бедра. Её круглое лицо, пухлые губы и манящий взгляд синих глаз лишь добавлял к образу желанности.
