И Даркхолд куда-то ушел, очень злой, я бы сказала, разъяренный. Сначала я понадеялась, что к вам, но… мог Олбран пойти проверять озеро в одиночку, чтобы не тревожить вас?
Магистр ван дер Грим выдал такой набор ругательств, что я округлила глаза и на всякий случай от него отодвинулась.
– Где Даркхолд? Ты его видела?
– Только в столовой. Он куда-то унесся, никому ничего не сказав.
– Где это озеро, сможешь показать?
Кейман поднялся и так стремительно понесся вниз, что я едва за ним поспевала. Чуть не посшибав встретившихся по дороге адептов, он вылетел к воротам, одним взмахом руки отперев тяжелый замок, не дававший нам покидать территорию школы, и, убедившись, что я следую за ним, направился к лесу.
Деревья вновь утопали в тумане. Я пожалела, что не захватила теплую куртку, осень становилась все промозглее и холоднее. Скоро Темный Бал, а меня до сих пор никто не пригласил и, учитывая отношения с Дарком, вряд ли решится. А еще скоро первые контрольные, а я так толком и не разобралась, чему в Школе темных вообще учат.
Потом я заставила себя думать об озере.
Сначала мы шли вместе с дружками Даркхолда. Кажется, туда. Потом остановились и говорили, а потом я побежала, как думала, к школе. И в какой момент заблудилась – не помню!
– Простите, – устало выдохнула я, когда отчаялась восстановить в памяти хотя бы часть пути.
Кейман поднял руку, приказывая замолчать. Я затаила дыхание, вслушиваясь в пугающие звуки леса, но ничего, кроме слабого шелеста листвы, не слышала.
– Не отходи от меня ни на шаг, – очень тихо и очень серьезно сказал Кейман. – И не шуми.
Он осторожно двинулся в чащу. Все мои силы уходили на то, чтобы ненароком не наступить на сухую ветку или не поскользнуться на влажных корнях темных деревьев. Я не заметила, как из обычных они превратились в уродливые, как трава из влажной стала будто подгнившей. Лишь когда в нос ударил запах сырости и крови, я подняла голову и ахнула.
Нетрудно было догадаться, что случилось. Олбран отправился искать озеро в одиночку и не совладал с живущей в нем тварью. Я не стала смотреть на его тело, чувствуя, как подкатывает тошнота. Но когда отвела взгляд, то застала картину еще хуже.
Черное хитиновое тело темной твари пылало странным пламенем. Одновременно оно было бесцветным и переливалось всеми мыслимыми и немыслимыми цветами. Оно пожирало панцирь, длинные усики и острые клешни, которыми тварь без труда расправлялась с добычей.
С Олбраном. И со мной, если бы не удача и скорость реакции.
Я увидела Даркхолда раньше Кеймана и, наплевав на все приказы, будто могла ему чем-то помочь, рванула к кромке озера, над которой он склонился. Опираясь ладонями на каменистое дно, он пытался подняться, но словно не мог справиться с телом.