Я расположился чуть поодаль от Злобина, наблюдая, как нотариус раскладывает на столе свои бумаги.
Злобин сидел скрючившись, и старательно изображая безобидность глядел перед собой, сложив сцепленные руки на коленях. Верхнюю пуговицу пиджака он не расстегнул, от чего пиджак вздыбился, придавая ему ещё более жалкий вид.
Я сел чуть поодаль — по словам Злобина я выглядел излишне агрессивно, а это может помешать делу.
После короткого звонка, директор завода объявил осипшим голосом:
— Барон Зорин уже здесь.
— Вы главное не переживайте, — ободряюще произнёс Злобин.
Спустя минуту двери распахнулись, и в помещение ворвался парень лет двадцати пяти. Он старательно хмурил брови, тем самым стремясь показать всему миру, что он серьёзный человек и шутки с ним плохи.
Перстни на пальцах (еще бы понять какое из них родовое), золотая цепь на шее, — все кричало о желании продемонстрировать свой статус.
Да уж, гонору парню не занимать, но по сути — мелкая сошка. Бедолага из кожи вон лезет, пытаясь казаться значительнее, чем есть.
Истинное зрение подтвердило первое впечатление — аура барона колебалась на базовом зелёном уровне силы…
— Итак, вы готовы к подписанию документов? Я требую немедленно удовлетворить мои… требования.
Я едва не рассмеялся от его нелепости.
— Здравствуйте, здравствуйте, Пётр Евграфович, я полагаю? — Злобин указал на кресло напротив себя. — Вы присаживайтесь, будьте добры, молодой человек, давайте не будем горячиться…
Граф настолько натурально играл роль согбенного жизнью человека, что даже я поверил, его только аура и выдавала.
Барон Зорин скользнул взглядом по рукам Злобина лежащим на столе. На его губах появилась наглая улыбка.
— А ты еще кто, очередной торгаш, решивший что может говорить на равных с аристократом? Я пришёл не разговоры вести, я пришёл за причитающимся мне по праву.
— Простите мне мою дерзость, — захлопал глазами граф, — но видите ли, я совладелец этого завода. Пускай и не по бумагам, но я имею некоторые права на него. И раз уж нам суждено лишиться имущества, то я хотел бы знать, почему так произошло.
— Тут и говорить не о чем, вы передаёте мне завод и прилегающие территории, на том и расходимся, а о причинах твой партнёр пускай всё объясняет.
— Да что вы говорите? — хмыкнул Злобин, очень натурально изображая сломленного человека, который не теряет чувства духа. — При всём моём уважении, ваше благородье, вы ведь не бандит какой. Так в цивилизованном обществе не принято.