Закрывшись в недавно отстроенной ванной, я проплакала целый час под ледяной водой и кое‐как отмыла присохшую грязь. Зря я решила, что могу жить так, как мне хочется. Зря втянула во все это Алика. Зря пошла к качелям, чтобы встретиться с ним. Все было зря. Наверное, зря я в тот далекий июльский день решила проехаться мимо обрыва. А может, дело только во мне и моей слабости, но что может сделать подросток без права на мнение и принятие решений? В этот день я поняла, что если я – сердце лета, то лето безвозвратно разбилось на осколки и потеряло себя, свое особое очарование и способность вернуть к жизни даже самое угрюмое существо.
Фонтан «Дружба народов» – один из основных символов ВДНХ – просто потрясает воображение. Мимо него невозможно пройти, хочется внимательно рассмотреть лица шестнадцати девушек, символизирующих союзные республики. Весна разыгралась на улицах Москвы, и золотистые фигуры фонтана сияли на солнце, заставляя довольно жмуриться, впитывая тепло. Поэтому я не удержалась и присела на краешек чаши.
Туристы бросали через плечо монетки в воду фонтана: такова традиция, если хочешь еще раз вернуться в город – оставь монетку. Со всех сторон доносились ароматы яблок в карамели, сладкой ваты, вареной кукурузы, пончиков и кофе. Лед и снег окончательно покинули город, уступив дорогу весне. Аттракцион «Кобра» сделал мертвую петлю, и крики катающихся на нем – испуганные и восторженные – оглушили прохожих. Я же наблюдала за тем, как медленно движутся кабинки колеса обозрения на фоне чистого, ярко-голубого неба. В наушниках звучала песня, ставшая гимном последних трех лет моей жизни, – «Comatose» группы Skillet – но тут мне эти самые наушники резко выдернули из ушей.
– Эссенцева! – вскрикнула Аня, даря удушающие объятия.
Милена улыбалась в стороне, держа под руку Кулакова. Да-да, за эти три года всякое произошло, но об этом чуть позже.
– А где Максим? – спросила Аня, оглядываясь по сторонам, словно пыталась высмотреть парня, которого в глаза не видела.
– Э-э… он… не смог прийти, у него пары до вечера, – нагло соврала я.
Не могла же я признаться, что бросила очередного парня, не провстречавшись с ним и двух месяцев.
– Отлично выглядишь, Гайка, – между делом заметила Милена.
Подразумеваю, Грачевская просто радовалась, что я надела не бомбер, подаренный одним особенным летом, а черное пальто. Мы встречались на ВДНХ каждую среду и пятницу после пар.
