Ректор ушел, а Бран снова спустился на арену. Тренировать замену желания не было, но в одном магистр полностью поддерживал ректора: позориться не хотелось. Указав на ошибки и скорректировав работу своих подопечных, Бран скривился, встретив самоуверенный взгляд Фоули. По сравнению с Селестой тот был ничтожеством. Больше недели тренировок, а парень совсем не продвинулся в искусстве магии. Складывалось ощущение, что он настолько одурел от осознания своего включения в команду, что не считал нужным стараться. Словно победа была у него в кармане… Но внутренние соревнования совсем не то, что среди университетов. Надо любыми путями убрать его, чтобы он не затянул в болото всех остальных. Если нельзя вернуть Селесту, то ее место займет Сафия, как и предполагалось изначально. А этот факт Джэтен использует, чтобы окончательно склонить Сорен на свою сторону. Вспомнив, как старалась его рыбка, начав с нуля и семимильными скачками продвигаясь вверх, магистр поверил, что поступил Вилмар только благодаря ей, как девушка и говорила. Можно представить, какую работу она проделала, чтобы добиться результата с этим лентяем. И отдавать такую жемчужину он не собирался ни при каком раскладе, даже Холдену.
— Занимайтесь, — сказал магистр, и преподаватель по огненной магии кивнул. — На связку воздух-земля необходимо обратить особое внимание. Вода — щиты неплохие, но требуется усилить нападение. Вернусь через пару часов и посмотрю, что выходит.
— Два часа? — возмутился Фоули, и Брану захотелось его прикопать.
— Если я захочу, угорь, будешь тренироваться и всю ночь, — заметил магистр. — С полного одобрения ректора.
Развернувшись, Джэтен покинул арену. Предстояло заняться не менее важным делом. Найти Холдена и сказать ему, чтобы они как можно скорее вернулись. Пусть им всем помогут боги, и Зеркало будет готово…
Увы, сообщения, отправляемые одно за другим, не получали ответа. И как ни хотелось Брану поступить иначе, пришлось действовать через магический патруль.
Ничто не могло испортить мне настроения! Даже нотация отца с требованием немедленно вернуться! Он связался со мной рано утром, видимо сразу после того, как обнаружил отсутствие. Но мне показалось, что родитель не так зол, как пытается изобразить, поэтому я попросила простить меня за внезапное исчезновение, доверять мне и больше не вмешиваться в отношения с Эйнаром. Также заверила, что уважаю и люблю их обоих, но это моя жизнь и я готова отвечать за принятые решения. Наверное, что-то было такое в моем голосе, раз отец согласился с доводами, лишь попросил сохранять здравомыслие. Это я гарантировала ему с уверенностью, еще не подозревая, что соблюдать обещание порой будет весьма непросто.