– Как думаете, – при виде палатки командующего Хеллештерн все же прервал молчание, – найдется у китовников кто-то, кому вы по зубам?
– Не думаю. Я слишком много воевал для столичного дуэлянта и слишком хорошо обучен для плюющего на «всякие выверты» вояки. И потом…
– У вас есть секрет?
– Пожалуй, – мысленно ругнув себя за болтливость, Руппи тронул эфес. С намеком: дружба со «львами» очевидна всем, а почти дружбой с Вальдесом лучше не размахивать.
– Когда выберемся, – пообещал Хеллештерн, – попробую раздобыть что-нибудь в этом роде. Обидно, если «львиные» клинки делали только в Агарисе… Ого! Чисто скворцы!
Порскнувшие во все стороны порученцы и адъютанты в самом деле напоминали птичью стайку; следом, уже не столь поспешно, палатку Бруно покинули генералы. Выходили солидно, всем видом выражая уверенность и твердость, но Руппи отчего-то показалось, что господам слегка не по себе.
– Похоже, начинается, – лицо Хеллештерна стало упрямым. – Долго сидеть в этой луже нельзя, сгнием. Остается решительная атака на одного из противников или… на обоих сразу?
Руппи смог лишь кивнуть. Вчерашний сон, при всей своей бредовости, становился пророческим или, если припомнить уроки словесности, аллегорическим. Понять бы еще, что значит скачка на кошке, если значит.
Не сговариваясь, все трое ускорили шаг. Мики так вовсе едва не подпрыгивал, он еще не пробовал убивать своих, хотя какие китовники свои? Говорят на дриксен? Ну так и Бермессер тоже не на кэналлийском врал…
– Хорошо хоть Марге знамя не присвоил.
Руппи буркнул это под нос, но Хеллештерн услышал.
– Да, – согласился он, – стрелять по Лебедю было бы непросто очень многим.
По людям в знакомых мундирах проще. Это выходило у Руппи, это вышло у Рейфера, и все равно, пока не прочувствуешь, что вот эти, в красном, и вот эти, в синем, – враги хуже фрошеров, китовники положат не одного и не двоих.
– Кто идет? – Часовой прекрасно видел, кто, но порядок есть порядок.
– Эйвис, – радостно выпалил Мики, и Руппи едва не присвистнул: бдительный фок Вирстен успел сменить пароль. Второй раз за день!
За первой линией караулов маялся капитан Штурриш. Бруно был верен себе – нарушитель приказа получит нахлобучку, даже если его проступок предусмотрен и входит в замысел начальства. Руппи усмехнулся и махнул наемнику рукой, тот в ответ приподнял шляпу.
У Бруно ничего не изменилось – хозяин разминал пальцы, Рейфер с Луцианом о чем-то вполголоса говорили, брат Орест следил за входом.
– Садитесь, Руперт, – бросил фельдмаршал. – Ближе к карте. Вы по-прежнему уверены в ночном тумане?
– Отец Луциан склонен вашему чутью доверять, впрочем, ошибка с погодой наше положение не ухудшит, мы всего лишь упустим одну ночь.