– Савиньяк верил вам, Ноймаринен – графу Ариго, – Ирэна пошла чуть быстрее. Мерзнет? Тогда прогулку надо заканчивать, и да прикроет их от вдовы и мортиры светлокосая капитанша! – Если б хоть кто-то догадался поверить обоим сразу…
– Еще нет. Я начну мерзнуть, когда вас не станет видно даже с башни. Жермон, у нас мало времени, даже если забыть «роскошную» Юлиану. Огарок дня, вечер и ночь – это меньше мгновенья. Вы хотели знать, какой была ваша сестра…
– Я? – растерялся Ариго. – Мы же просто выманивали госпожу Арамона, чтобы расспросить для Ойгена.
– Не сейчас, когда узнали о гибели Катарины, мне об этом рассказал Валентин… Вам повезло вовремя расстаться со столицей.
– В Олларии я бы встретил вас раньше.
– Мы могли друг друга не узнать, то есть не понять, что ничего важнее с нами не случалось, и потом… Я принадлежала семье, мной, как и всеми нами, распоряжался отец. Его бы вы не поняли, Приддов вообще трудно понять. Почему вы взяли к себе Валентина?
– Я подумал о себе, – признался генерал. – Каким я был, когда меня выкинули из гвардии. Арно, то есть младший Савиньяк, наскочил на Валентина, а получилось, что на меня. Я давно таскал генеральскую перевязь, у меня были титул и герб – мои, выслуженные, а я… все еще и сидел у Драконьего источника, не понимая, за что со мной так!
– Валентин отдавал себе отчет, что ему придется отвечать за нас всех.
– Говорю же, я думал о себе! Когда армия приняла Валентина, я почувствовал… Будто с меня тоже что-то смыли. Невидимое, но какое-то мерзкое.
– Я тоже билась в невидимом и мерзком… Помните? – Пальцы Ирэны сжались чуть сильнее. – Тут я подобрала ветку, которую вы у меня отняли. Я чувствовала, что вы навсегда, но боялась себе в этом признаться.
– Себе я признался сразу!
Улыбка в ответ, даже не улыбка – чуть дрогнули уголки губ, еще светлее стал взгляд. Какой солнечный день, а ведь с каких-нибудь дурней станется доказывать, что небо в тучах. Тучи, конечно, есть и бегут на юго-восток, к Аконе и дальше, к Олларии, только солнцу они не помеха.
– В небе что-то случилось?
– Ничего… Просто тучи уже выступили.
– Я помню, что скоро останусь со спящими цветниками и госпожой Арамона. Я ведь хотела о ней поговорить.
– Да, потому что я по семейной привычке принялась искать змею. Придды не любят… не любили отпирать двери и не верили гостям, особенно нежданным. Госпожа Арамона явилась нежданной, значит, ее подослали.
– Ее и подослали, – засмеялся Ариго. – Арлетта хочет убедиться, что у нас все хорошо. Ну так пусть убеждается! Жаль, ты не с ней остаешься, мне было бы спокойней.
– Зато так спокойней мне – Савиньяки не любят бессмысленных потерь, и они на нашей стороне. Во всех смыслах, а вот госпожа Арамона многого не знает.