Не то чтоб я прослезился, но мне будет не хватать дриксов. Здесь и немедленно.
– Здесь будут не дриксы, – знакомый голос, до невозможности, до злости знакомый! – Вернее, дриксы будут не здесь. Добрый день, господа.
Словно вылезший из буфета маршал для разнообразия вырядился по-кэналлийски… Закатные твари, откуда тут Савиньяк и, главное, зачем?! Ради простого «идем назад» таких фокусов не требуется, для «идем вперед» тем более достанет Вальдеса и курьера.
– Ну вот, – адмирал сосредоточенно переставил бутылки, – вы своим глазам поверили, однако пить не советую. Пожалуй, даже запрещаю. Лионель, алатского или можжевеловой?
– Позже. – Савиньяк в черном ничем не отличался от Савиньяка в красном. – Полковник Стоунволл, вы чего-то хотите?
– Почему нет? – Привычка маршала пробегать оценивающим взглядом по лицам подчиненных никуда не делась. – Полагаю, вы догадываетесь, что наш рейд простым не будет. Толковые офицеры в скверной ситуации имеют обыкновение в меру своих сил исправлять промахи начальства. Толковые сухопутные офицеры могут счесть своим долгом исправить то, что им покажется ошибкой моряка, однако теперь вы знаете, что корпусом командую я. Отметим, что я не Карлион, и никто из вас не носит фамилию Алва.
Те, кто сомневался в серьезности намерений командования в отношении Заля и сухопутных талантах адмирала Вальдеса, могут на выбор успокоиться или разочароваться в своей прозорливости.
– Ну? – прошипел в ухо Бертольд, – оскорбляемся или как?
Все что мог Чарльз, это ответить скотине незримым пинком; неудачно лежащая вилка с колокольным звоном грохнулась на каменный пол, обещая встречу. С кем? Если повезет, ты еще увидишь Мелхен, нет – девушке найдут жениха. Когда отобьются от дриксов, которые «будут не здесь».
– Они все понимают, – заверил Вальдес. – И им это нравится, только Альмейда не придет. Мы, в смысле начальство, обожаем тайны, но на сей раз вам лучше знать все и ждать тоже всего. Кроме возвращения. Лионель, конечно, постарается вывести, кого получится… Полковник Лагаши, по-моему, вы заинтригованы.
– Ничуть, – приосанился алат. – Я так и думал, что веселье еще не начиналось.
– Веселья, господа, не бывает без грусти, – Савиньяк усмехнулся, будто сзади вновь горела Гемутлих. – Корпус не может уничтожить Заля собственными силами, а дополнительных, так уж случилось, не будет. Это значит, что мне придется увести «бесноватых» туда, где они не навредят. То есть к Олларии. Ротгер, я буду алатское.