Жанр
В мире, где страсти кипят, граница между жизнью и смертью истончается. Избранник Славы Руперт Фок Фельсенбург и Повелитель Скал обретают силу, а Проэмперадор Савиньяк становится частью сердца. Начинается новый цикл событий, полный интриг и неизбежных перемен.
Раздел Chitat.online для книги «Сердце Зверя. Том 3. Синий взгляд смерти. Рассвет. Часть 2» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
В мире, где страсти кипят, граница между жизнью и смертью истончается. Избранник Славы Руперт Фок Фельсенбург и Повелитель Скал обретают силу, а Проэмперадор Савиньяк становится частью сердца. Начинается новый цикл событий, полный интриг и неизбежных перемен.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Вера Викторовна Камша Легкое чтение Фантастика Фэнтези подборки серии
В мире, где страсти кипят, граница между жизнью и смертью истончается. Избранник Славы Руперт Фок Фельсенбург и Повелитель Скал обретают силу, а Проэмперадор Савиньяк становится частью сердца. Начинается новый цикл событий, полный интриг и неизбежных перемен.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Сердце Зверя. Том 3. Синий взгляд смерти. Рассвет. Часть 2» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
– Розамунда одно лицо с Альбертом.
– Вы тоже не в батюшку! – огрызнулась не желавшая обсуждать проданные камни Матильда. – И не в деда.
– Я – выродок, – вежливо объяснил Ворон. – Если не ошибаюсь, по счету четвертый. Соберано Алваро ценил вашего дядюшку Золтана. Ваш отец в самом деле избавился от старшего брата?
– А ваш в самом деле избавился от короля?
– Осмелюсь предположить, что ответ знала только королева. Соберано предпочел бы другой яд, но порой выбирать не приходится. Было двое мужчин и две чашки, выпить из своей было бы опрометчиво.
– Тетка Шара что-то подозревала, но либо не могла доказать, либо не хотела. – Алва не врет, и она тоже не станет! – Так и жила в Сакаци, долго жила…
– Мне довелось охотиться в ваших краях. Тогда я так и не понял, почему вы боитесь Белой Ели.
– Ничего! – отрезала Матильда. – Нашел о чем ночью говорить! Здесь и так какая-то дрянь шляется.
– Вы уверены, что именно дрянь?
– А хоть бы и нет! Хватит с меня вашего аспида!.. Как пристал в Агарисе, так никак и не отцепится.
– Простите, сударыня, вы о чем?
– О чем? – Матильда ошалело затрясла головой. – Я, кажется, бредила?
– Вы вспоминали Агарис и некоего «аспида», – напомнил Ворон. – Вряд ли про змею вы бы сказали «ваш». Это был олларианец?
– Откуда я знаю! То есть… Ну не помню я ничего! Наверное что-то было!
– Попробуйте встать и подойти ко мне.
– Нет!.. Вы отсюда не падали, а я пыталась.
– Поэтому я вас и прошу.
Она встала, сама не зная почему. Может, из-за ирисов на пепелище, а может, из-за вернувшегося Робера или казарона, которому, чтоб не закричать, требовалась женщина.
Пепелища должны зарастать цветами, пусть ты их и не увидишь.
Алва, всегда такой галантный, стоит и ждет, значит, нужно самой… Сделать шаг, взглянуть в глаза пережитому ужасу, вспомнить… Что? Несмерть тянет к себе нежизнь и возвращает сны. Кружат в диком танце пары, щербатая малявка заносит ножку, топает по блюду, разлетаются брызги, дрожит бумажный цветок в рыбьей пасти.
Сладковатый жуткий ветер, свихнувшийся спутник, бегство непонятно от чего, темные аллеи, белые могилы, бред… И горячие мраморные руки на плечах. Эсперадор Руций, так похожий на Робера, каким тот был один-единственный раз. Эпинэ забыл, а она помнит.
Вышедший из стены белый жеребец, горохом посыпавшиеся звезды, горный ветер, кольцо сильных рук.
– Спасибо, сударыня.
– На гальтарский манер меня еще не называли.
