В жизни каждого из нас бывают моменты, когда всё ровно катится по траектории, но потом происходит какой-то неожиданный поворот. Как в старину люди верили, что судьба человека записана заранее, так и в этом романе жизнь одного бабника внезапно переворачивается на все 180 градусов....
Кто же все-таки на поминках подсыпал яд в стакан младшего сына Виктора Алексеевича? Валькирия? Чушь собачья! Не из гроба же она восстала! Оставалось предположить, что запас украденного ею у своего дяди яда перекочевал к кому-то другому. И этот «другой» и всыпал его в стакан Вовика.
– Мы можем таким образом строить догадки хоть до следующего года, – заявила измученная неизвестностью Леся. – И все равно ничего не поймем! Нам не хватает фактов!
В частности, подругам было не понятно, почему до сих пор домой не вернулась Анастасия Владимировна и ее сыновья.
– Но Вовик и Анастасия Владимировна! – восклицала Леся. – Их-то почему арестовали?
Сестры Нина и Рина также пытались выяснить судьбу матери и младшего брата. Они неоднократно звонили следователю. Но Слепокуров был непоколебим. Ничего не ответив встревоженным сестрам, он лишь поправил их:"
"– Ваша мать и брат не арестованы, а всего лишь задержаны.
– Но за что задержаны?
– Задержаны до выяснения всех обстоятельств этого дела.
Ответ следователя не удовлетворил ни сестер, ни подруг. Поэтому когда на закате третьего дня им позвонил Слепокуров, они едва сдержались, чтобы не завизжать от радости.
– Можете приехать ко мне, – сухо сказал Слепокуров. – Вам нужно дать последние показания.
Разумеется, они примчались. И возле кабинета следователя столкнулись с Настей и сестрами.
– Все собрались? – выглянув из своего кабинета, окинул цепким взглядом небольшую толпу Слепокуров. – Проходите!
В кабинете больше никого не было. Так что сидячих мест – стульев и кресел имелось в избытке. Когда все расселись, Слепокуров обвел собравшихся взглядом и остановил его на подругах.
– Что же, могу вас поздравить, – произнес он. – Дело закрыто.
Довольны ли были подруги? Честно говоря, они уже и забыли, что ввязались в это дело, чтобы самим не оказаться за решеткой по обвинению в убийстве Иннокентия Павловича. С тех пор случилось столько всего, в том числе и угрожающего, и опасного, и захватывающего, что первоначальная цель их расследования как-то сама собой смазалась.
Но следователю они об этом говорить не стали.
