— Откуда ты можешь это знать?
— От верблюда. Призвание у меня такое — все знать. Вы бы хоть моих советов слушались, если сами ни хрена не умеете.
— Надо было тебе при деле оставаться.
— Задницу вовремя не успел кое-кому лизнуть. Вы же радуетесь, хапаете беспредельно. Ну, а если завтра все кувыркнется к гребаной матери? Изловчитесь следующему лизнуть? Эх, матерь вашу... «Нужна объединяющая идея!» — все, демократы гребаные, верещите. А идея, получается, одна — воровать. Так ведь и воровать скоро нечего будет, все растащили, ведь все сразу воруют.
— Раньше, что ли, по-другому было? — хмыкнул Павленко.
— А что ж раньше?.. Равенство-братство-справедливостъ — это, конечно, херня на постном масле, в это разве что идиоты только и верили. Все поровну не должны от жизни получать. Корпоративные интересы должны существовать — у тех, кто получает от жизни больше. А нынче, какая, к фигам собачьим, корпоративность? Кто в лес, кто по дрова — это в
Рассее и понимается под демократией. Я же не мракобес какой-нибудь, я понимаю, что вперед надо двигаться, я сам в свое время застоем-запоем возмущался, я радовался, когда Юрий Владимирович у руля встал — вот так, как он, надо было реформировать все. Нельзя в Рассее демократию устраивать, ети вашу мать! Не прививается в Рассее демократия, климат здесь не тот. Разве за верхушкой массы пошли, потому что они называли себя демократами? Хер с маслом! Из кое-кого демократ, как из дерьма пуля. Народ в некоторых нутром нового царя почуял. — Мудров сжал жилистый кулак. — Они, блин, всем еще покажут, какие они демократы, попробуй только у них хоть ма-аленький кусочек власти оттяпать. Для них Россия ни хера не стоит, им только власть бы удержать — не козлы разве, а?! Попробуй, с другой стороны, что-нибудь им поперек сказать — живо от паровоза отцепят. Для них своих нет...
— Дались они тебе, — Павленко поморщился. — Других, что ли, забот нету?
— Забот у меня, наверное, поболе, чем у тебя.
— Ужели. Небось, ты утраты переживаешь? Бойцов тебе погибших жалко? Не жалко тебе их, я тебя знаю. А потом, профессия у них такая — помирать. Сейчас к убитым все привыкли-то. Добра тебе наворованного жалко? Как же — целый самолет увели. Выгоды утерянной жалко? Жалко, конечно, тут я тебе сочувствую. И шум может возникнуть. Ну да на шум сейчас тоже внимания никто почти не обращает. Не боись, к документам никто не допустит, слишком большие задницы прикрыть надо. А без документов даже если Влад твой кукарекать будет — голословные обвинения получаются, и весь хер до копейки. Нет, если ты вдруг решишь с саморазоблачением выступить... По Останкинскому каналу, ха-ха, или по Российскому. Ну, это уж хохма будет. Не горюй, не придет тебе такая блажь в голову никогда, я тебя, сукиного сына, знаю.