— Вот так-то лучше, — Клюев повесил трубку и быстро пошел по слабо освещенной улице.
Если идти очень быстро, он успеет на встречу со следователем прокуратуры, не пользуясь никаким транспортом. Есть, правда, риск наткнуться ка ментов, у которых существует установка задерживать мужчин в возрасте от тридцати до тридцати пяти лет ростом около метра восьмидесяти, спортивного телосложения, носящих усы — то бишь, каждого четвертого. Его фотография, конечно, лежит под стеклом во всех райотделах, опорных пунктах и тому подобных клоповниках. Но надо быть совершенно недееспособным, чтобы попасть туда.
Клюев очень спешил, временами переходил на бег, но все равно опоздал на три минуты. Епифанова он увидел еще издалека, тот нервно прогуливался вдоль фасада дома, на первом этаже которого размещалась аптека. Может быть, и успел блюститель закона и порядка вызвать отряд дуболомов, вроде тех, что повязали их с Бирюковым несколько дней назад. Нежелательно опять устраивать мордобой с последующим убеганием — это уже пошло в конце концов.
— Виктор Петрович, — негромко окликнул он следователя. — Извините, опоздал. Транспорт, сами понимаете...
Епифанов мрачно посмотрел на него и нечего не сказал.
— Вот удостоверение того стрелка, что погиб в автокатастрофе, — Клюев сразу подал следователю «корочки». —
Может быть, вы сможете придумать правдоподобную версию — относительно того, как это удостоверение к вам попало.
— Послушайте, Клюев, — было бы очень глупо надеяться на то, что Епифанов не знает его по фамилии, — вы, честное слово, ведете себя как-то неадекватно ситуации...
— Я веду себя нестандартно. Любой другой на моем месте дал бы вам на «лапу» раз в десять больше и «лег бы на дно», все передоверив вам. Конечно, возможно, что на меня слишком сильное воздействие оказало детективное чтиво. Сыскарь, если верить литературе, работает по двадцать пять часов в сутки, в три утра ему звонят и сообщают, что на старой смоленской дороге, на сорок девятой версте найден труп Федьки Косого, ограбившего на днях магазинчик сельпо. Извините, я как-то совсем забыл, что ваш рабочий день давно закончился, а я к вам пристаю с разными глупостями.
— Вы все иронизируете?..
— А что мне еще остается делать? Да, наверное, я поступаю не совсем разумно, надеясь на вас. Я прекрасно могу себе представить, как закончился сегодня ваш рабочий день. Начальник вызвал вас на совещание, вынул из сейфа три «пузыря», и вы стали обсуждать положение с преступностью в городе. А автокатастрофа вообще за городом произошла, она вас, скорее всего, никаким боком не касается, этим, наверное, уже кто-то из областной прокуратуры должен заниматься. Я не знаю, как там у вас епархии разделяются.