А удар пяткой в подбородок, который теперь уже не находился на недосягаемой высоте, заставил великана вскинуть голову, словно поднимающаяся после лежки лошадь, и неуклюже свалиться на пол, коснувшись его сначала задницей, а потом спиной.
Непонятно, кто больше опешил — директор с главным инженером и технологом, люди в летах, дравшиеся в последний раз, возможно, лет пятнадцать назад, когда о каратэ еще мало что знали, или остальные трое налетчиков. Их «таран» лежал навзничь, беспомощно раскинув могучие длани, и струйка крови вытекала из уголка его рта.
Второй из добровольных защитников директора, широкоплечий русый мужчина с заметными уже нитями седины на висках, на удивление легко подпрыгнул и ударил ногой в голову самого широкого и тяжелого на вид налетчика, похожего на борца-тяжеловеса. Тот падал долго, по пути прихватив с собой стул, технолога и инженера. Так они и рухнули вчетвером. Стул и налетчик остались лежать, инженер и технолог кое-как выпутались из сплетения живых и неживых предметов. У технолога при этом упражнении очки улетели куда-то под стол.
Да, все видел этот кабинет — и разносы, и присутствие членов Политбюро (тогда все туалеты в здании были забиты гвоздями-«сотками», никому из служащих не разрешалось покидать свою служебную комнату, в каждой из которых дежурило, как минимум, по одному «мальчику» специфического вида, а подъемный кран, находящийся неподалеку от административного корпуса, был наглухо приварен к мачте с помощью толстых арматурных прутьев). Еще в этом кабинете один из предшественников Солоницына любил устраивать грандиозные попойки. Предшественник этот правил во времена царствования густобрового генсека, поговаривали, что он еще и нечто типа группового секса здесь устраивал. Для очень, правда, ограниченного круга лиц.
Но таких действий этот кабинет не видел. И действия из чисто рукопашных (хотя вроде бы пока что удары наносились только ногами), грозили перейти в перестрелку. Потому что двое налетчиков сразу вытащили пистолеты. Однако третий директорский защитник, стройный черноусый мужчина, оказался расторопнее их. Когда у этих двоих пистолеты еще только поднимались на уровень пояса, он уже направил на ни коротенький автомат, который тоже можно было бы принять за пистолет, если бы не длинная обойма, торчащая из ручки.
— Оружие на пол, быстро! — негромко, но четко скомандовал черноусый.
У блондина тоже вроде бы ниоткуда появился в руке пистолет с глушителем.
