В зале модного джаз-карачана собирался самый главный клиента — девушка, которая приносила немного денег, но заставляла его смеяться и танцевать. Здесь он проводил время, любуясь ее красотой и слушая ее чарующий голосок, ощущая ее теплое дыхание.
– Пусть его разделают тут, – капризно сказала она, обращаясь к гиганту, и ткнула своим наманикюренным и отполированным пальчиком в пустующее пока место у края помещения внизу. – С этого ракурса нам все будет прекрасно видно, – добавила женщина.
– Хорошо, – произнес Трок и, лишь слегка улыбнувшись, посмотрел на арену.
А потом прикрыл на пару мгновений глаза.
– Сказал, они загонят его именно под наше ложе, – ответил он хозяйке.
– Великолепно, – с каким-то даже детским восторгом та подпрыгнула и захлопала в ладоши.
– Только пусть не убивают его сразу, смотри, сколько у него есть частей, которые можно пооткусывать этим милым зверюшкам. Я хочу, чтобы он жил как можно дольше, – протянула женщина с каким-то наслаждением и удовольствием, – очень долго.
– Я тоже, – кивнул ей в ответ гигант и вновь что-то передал резатам.
На его лице сияла безумно счастливая улыбка идиота и наркомана, при этом взгляд светился страстным желанием и ожиданием.
– Эй вы, – неожиданно подал свой голос Док, – пара безумцев. Не забывайте, что голова мне нужна целой и невредимой.
Это заставило на пару мгновений прийти в себя гиганта и женщину.
– А раньше предупредить нельзя было? – пророкотал, будто обидевшись, Трок. – Сейчас.
И вновь что-то передал тем, кто находился внизу.
Но пока на арене ничего интересного не происходило. Тело как лежало, так и продолжало лежать.
Корявый начал беспокоиться. Если дикарь не очнется, это может вылиться в крупные неприятности и для него самого, вплоть до того, что он сам окажется там внизу.
Глядя в обезумевшие глаза хозяйки, он понимал, что без крови она сегодня не останется. И если это не будет тот дикарь, то будет кто-то другой.
Да и гигант Трок уже начал выказывать обеспокоенность."
"– Док, а он вообще очнется? – нетерпеливо спросил тот у медика, поглядывая то в сторону арены, то в сторону запертых в отдельном помещении резатов со своими зверьми.
– Я вколол ему столько стимуляторов, – ответил гиганту Док, – что поднять должно пятерых таких, как он.
И не успел он договорить, как фигура на арене шевельнулась.
– Ну, что я тебе говорил? – спросил он у гиганта.
– Вижу, – ответил тот и, кивнув кому-то невидимому, с кровожадным нетерпением добавил: – Запускайте их.
«Чуть ли не слюни пускают», – посмотрев на гиганта и хозяйку, подумал блондин, но постарался упрятать как свой взгляд, так и мысли поглубже.
