В зале модного джаз-карачана собирался самый главный клиента — девушка, которая приносила немного денег, но заставляла его смеяться и танцевать. Здесь он проводил время, любуясь ее красотой и слушая ее чарующий голосок, ощущая ее теплое дыхание.
Теперь, по крайней мере, понятна причина того, почему тело отказывается меня слушать.
Все просто.
На нем нет ни одного живого место. Моя многострадальная тушка превратилась в один большой ушиб.
Но что странно, никаких переломов нет. А вот насчет жил и связок босс оказался прав. Как минимум на ногах связки точно порваны. Не могу пошевелить ни ступней, ни пальцами ноги.
Что еще?
Слышу слабый стон откуда-то слева.
Поворачиваю туда голову."
"Еще одна клетка, но значительно больше. Отсюда не видно, но мне кажется, в ней девушка.
– Джессика, Джессика, очнись, – слышу я слабый голос, – Джессика!
Всхлипы и стоны. Похоже, девушке очень больно. И она плачет.
Захотелось окликнуть ее, но тут в помещение ввалилась толпа каких-то отбросов. Все вооружены, одеты в разномастную форму, в большинстве своем явно военного образца.
И что необычно, не знаю, показалось мне или нет, но, по-моему, они не все похожи на людей.
– О, Корявый, смотри, эта очухалась.
И эта орава приблизилась к клетке с явными пленницами.
Девушка, что пыталась позвать вторую, видимо, знала, что этим нужно от нее, и поэтому в страхе забилась в самый дальний от входа угол клетки и там сжалась в маленький и дрожащий комок.
– Смотри-ка, а она, похоже, не желает разделить с нами наше веселье, – говорит кто-то из толпы отморозков.
Я так понимаю, такой внешний вид девушек и их жалкое состояние – дело рук этих отбросов сам не знаю какого общества.
«Кстати, девушек должно быть пять», – сопоставляю я в уме то, что слышал от Крыса, с тем, что увидел сейчас.
Но никого другого тут нет. Вернее, я не вижу.
В это время какой-то темнокожий бугай со странно приплюснутым и задранным носом, а также ушами, прижатыми к абсолютно лысой голове, открывает двери клетки и ногой отпихивает лежащее у него на пути тело второй девушки, той, что сейчас без сознания.
После чего неторопливо направляется к сжавшейся в комок первой.
– Не надо, – тихо бормочет она, – пожалуйста, не надо.
И хоть слова звучат очень тихо, я понимаю, что говорит она на русском языке.
Тот, не обращая внимания на ее слова, хватает девушку за горло и, не особо напрягаясь, тянет, вернее даже несет к выходу.
Она пытается убрать его руки со своей шеи, но у нее ничего не получается.
При этом уже совершенно неслышно продолжает что-то говорить.
