Автор
В череде жестоких изменений в жизни сестер Ингерд начинается увлекательное путешествие через тайны предыдущего поколения. Их судьба переплетается с загадочными событиями семьи, вызывающими чувство неудержимого приключений и невиданной тяготы. Атмосфера книги насыщена риторикой слез, тайн и неразделенной близости между сестрами, пронизанная чувством обреченности в предчувствии судьбы....
Мне интересно было посмотреть, как обхаживают других гостей, тех, что попроще."
"Мыльню нам истопили, что после дождя и холода улицы было очень кстати. Конечно, не настоящая парная, как у нас с Рольфом, а скорее что-то вроде сауны. Зато быстро и горячей воды вдоволь. Сперва сходили Рольф с Алексом, а потом уже мы с Жанеттой. Моя девочка всегда не слишком любила баню, и гнать ее на первый жар я не стала.
Ужин нам подавали в довольно большой трапезной, устроенной весьма любопытно. Примерно треть комнаты занимал высокий подиум, отгороженный от общего зала элегантным кованым заборчиком.
И дети, и муж с удовольствием разглядывали и обсуждали необычную обстановку и услуги, а я с любопытством заглянула через барьер на общую половину.
Заходили посетители группами по шесть-восемь человек в сопровождении монашки. Она усаживала их за один длинный стол. С помощью женщины с кухни приносила подносы с мисками, выдавала каждому его порцию и оставалась стоять над душой.
Нас же по-прежнему обслуживала сестра Матина. Выслушав пожелания гостей, она отлучилась на кухню и быстро вернулась, сообщив:
-- Скоро подадут, дорогие гости, – и застыла за плечом Рольфа.
-- Обрати внимание, Олюшка, у нас стоят восковые свечи, – Рольф кивнул на трехрожковый подсвечник: – А на общих столах масляные лампы.
-- Я заметила, – улыбнулась я. – А еще мне понравилось…
Договорить я не успела.
-- Баронесса Нордман, наша настоятельница, матушка Тересия, пожелала пригласить вас на ужин.
Рольф удивленно глянул на меня. Я в ответ пожала плечами.
