Автор
Сеульская история любви — это яркая и душевная книга о ближайших Seoul-чанах. Откройте для себя теплые встречи и глубокие расставания, а также незабываемые мгновения юмора и эмоций в мире этих уникальных людей — как на экране, так и за его пределами. Светлана, Надя, Лена и Дзёшико – они делают Seoul особенной домой, где каждый встречный случай становится важной страницей в романтической истории любви....
Ну, и то, что я приготовила для нее из Сеула – новый альбом BTS, какие-то приятные мелочи и две мягких плюшевых фигурки-игрушки: одну для Лизы – соню-коалу Koya нежно-голубого цвета, придуманную Намджуном, а вторую для ее дочки – непослушную печеньку Shooky, которая ненавидит молоко, – полет фантазии Шуги.
Я долго смеялась, глядя, как обе они – и девочка, и ее мама – восторженно скачут, держа в руках игрушки. А муж Лизы – серьезный, неразговорчивый Михаил, выглянул из другой комнаты, молча, поджав губы, покачал головой и опять скрылся.
Уже будучи в гостях, во время одного из наших бесконечных разговоров, я призналась подруге, что малыш начал потихоньку шевелиться, дает о себе знать, и та искренне порадовалась за нас. А потом нахмурила брови и сказала:
- Жалко только, что Шуга не знает об этом…
- Лиз, поверь, так будет лучше…
- Ну, не знаю, не знаю, - с сомнением покачала она головой и перевела разговор на другое.
Прожив у Лизы несколько дней, я вернулась домой.
Села, наконец, за перевод своей медицинской карты, и вскоре текстовая копия на русском языке была у меня в руках. Тогда же, прихватив и оригинал, и распечатанный перевод, я поехала в женскую консультацию и встала там на учёт, не забыв упомянуть, что мой прежний доктор советовал мне сделать операцию по кесареву сечению.
Если гинеколог и медсестра и были удивлены, то они очень искусно скрыли это.
Съездила я и на прежнюю работу. Коллеги, увидев меня, обрадовались, а руководитель вновь заверила, что они будут только рады, если я вернусь к ним. Я подтвердила, что очень хотела бы этого, потому что жить на что-то надо. На том и порешили. И уже через несколько дней я начала работать.
Конечно, не было ни одного дня, чтобы я не вспоминала о жизни в Сеуле.
Ложась вечером спать, я бесконечно прокручивала в мозгу разные события, встречи, слова, сказанные парнями в тот или иной момент. Наши поездки с концертами в другие страны.
И, конечно, Юнги. Даже не закрывая глаз, я видела мысленным взором его лицо, запечатлённое на подкорке, слышала его голос, вспоминала слова, которые он мне говорил, прикосновения и поцелуи. Это было какое-то наваждение. Но я не хотела избавляться он этого наваждения.
