Автор
Марта соглашается на роль подставной невесты ради музыкального фестиваля, но сталкивается с выбором между любовью и личными устремлениями. Никита пытается отомстить и защитить родных, балансируя между местью и желанием жить. Между ними разворачиваются сложные игры иллюзий и борьбы за благополучие.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Северная Корона. Против ветра» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Марта соглашается на роль подставной невесты ради музыкального фестиваля, но сталкивается с выбором между любовью и личными устремлениями. Никита пытается отомстить и защитить родных, балансируя между местью и желанием жить. Между ними разворачиваются сложные игры иллюзий и борьбы за благополучие.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Марта соглашается на роль подставной невесты ради музыкального фестиваля, но сталкивается с выбором между любовью и личными устремлениями. Никита пытается отомстить и защитить родных, балансируя между местью и желанием жить. Между ними разворачиваются сложные игры иллюзий и борьбы за благополучие.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Лодка начинает неведомым образом трансформироваться в настоящий лайнер: огромный, надежный, шумный, с тысячами людей на борту и отменной командой.
– Андрей, поплыли со мной? – предлагает радостно Ник, но его брат отказывается.
– Хорошо, что ты пошел против ветра, – говорит Андрей тихо и задумчиво. – Теперь ветра не будет, Никита. Ты сам себе ветром будешь.
Он толкает Ника в спину, и тот вдруг оказывается на борту лайнера, зная, что и тут его кто-то ждет – кто-то с голубыми глазами, малиновыми губами и озорной улыбкой.
И они вместе плывут куда-то на запад, стоя на верхней палубе и глядя на удаляющиеся белые дома, в которые не хотел пускать Ника его старший брат. И последнее, что Никита запоминает – кусок никчемной черно-белой газеты в воздухе, с которой играл ветер. Спустя несколько секунд она падает в море, и синяя вода поглощает.
Это был самый яркий и запоминающийся сон Никиты Кларского за последние несколько лет.
Марта пришла в себя только на следующее утро.
Она с недоумением подняла голову с бледно-лавандовой подушки, обнаружив себя в совершенно неизвестном месте со светло-голубыми стенами, парой тумбочек и большим окном с полупрозрачными, едва уловимого желтого цвета занавесками. Константин Власович через знакомых, которых у него было море, устроил дочь в одиночную палату. Около Марты, на простом стуле, склонив голову к груди, спала ее мама, решившая оставаться рядом с дочерью.
Марта, совершенно ничего не помня, ошалело стала переводить взгляд с окна на мать, с одной пустой голубой стены на другую, с тумбочки на раковину в углу. Место, в котором девушка находилась, очень сильно напоминало ей больницу. И даже запах в воздухе был специфический, больничный – очень неприятный, тоскливый. Запах лекарств и слез. И одежда на девушке была больничная – серо-кремовая, с вялыми светло-фиолетовыми цветочками, такая же бледная, как и все цвета вокруг.
Единственное, что скрашивало бледность комнаты, был вид за окном – через прямоугольное окно виднелась густая изумрудная крона чуть шумящих на ветру деревьев, над которыми обыденно торжествовало синее небо, украшенное огромными кучевыми облаками. Вид за окном хоть и был красивым, даже немного сказочным, но показался Марте крайне странным. Правда, она не могла понять, почему.
– Мама, – позвала обескураженная девушка, но голос ее был очень слаб и тих. Эльвира Львовна даже не услышала его.
– Мама, – громче повторила Марта, садясь в кровати – голова ее немножко кружилась, но в остальном вроде бы она была в порядке. Вот только на правой руке Марте что-то очень сильно мешало. Ее пальцы на ней почему-то не могли двигаться.
Девушка подняла вверх руку и огромными глазами уставилась на гипс, уродующий ее хрупкую ладонь с длинными тонкими пальцами.
