Автор
Герой в бегах, его жизнь на грани, когда каждый шаг становится катастрофой. В тайге шепчутся заговорщики и казнокрады — Леха это знает по опыту. А страна была другим местом: мирный, хотя и не безоружный народ ждал лишь своей доли справедливости. Теперь же все законы подрывались, и любой шаг может быть последним....
– Но потом, когда вспомнил, в каком виде я их всех нашел, то понял, что такое не придумаешь и не сыграешь. Это не пекинская опера. Да ты и сам можешь увидеть. Половина из этих людей все еще еле передвигаются. Несколько крестьян умерли от голода уже после того, как мы их нашли. Это страшно, Лю, – тихо добавил молодой мужчина, глядя в очаг остановившимся взглядом. – Я вообще не понимаю, что происходит. Нас просто уничтожают, словно вредных насекомых.
– Понимаю твои чувства, Хан, но поверь, такое случается в разных местах, – вздохнул Леха, припомнив рассказы товарища Сергея и несколько старых газет, найденных у него в кабинете.
– А я не понимаю, почему император все это терпит, – вступил в разговор Боло.
– Он не китаец. Он манджур, – презрительно фыркнул Хан. – Ему нет до нас никакого дела, а его чиновники только и умеют, что набивать свои карманы.
– Отец Юе тоже был чиновником, – аккуратно напомнил Леха.
– Да, но при этом он всегда старался честно вести дела. Всегда повторял, что наказать невинного не трудно, но виновный, уверовав в свою безнаказанность, снова совершит преступление.
– Жизненный подход, – рассмеялся Леха. – Сразу видно, что придуман мужчиной.
– Он и был настоящим мужчиной, – грустно улыбнулся Боло.
– Так что? Ты научишь моих людей правильно стрелять? – вернулся Хан к важному для себя вопросу.
– Я попробую, – вздохнув, кивнул Леха. – Но поверь, результат будет зависеть не от меня.
– Почему? – насторожился Хан.
– Твои люди никогда раньше не держали в руках винтовок. В бою они будут волноваться и делать ошибки. А волнение это всегда промах. Вот, к слову, взять Боло. Он всю жизнь защищал судью, но никогда не имел винтовки. Дай ему в руки меч или копье, и он будет опасным противником. А дай винтовку, и из пяти выстрелов тремя он обязательно промахнется.
– Почему? – тут же спросил Хан.
– Нет привычки носить оружие и пользоваться им. Он привык к клинку, а не к стволу, – пожал парень плечами. – Разве я не прав? – повернулся он к Боло.
– Пожалуй, – задумчиво протянул телохранитель. – Наверно, я потому до сих пор и не взял себе винтовку. Только револьвер, – закончил он, доставая из-за пазухи оружие.
– «Бульдог»?! – удивленно хмыкнул Леха, разглядев кургузый ствол.
