Объекты проверки были поставлены в крайне тяжелые условия и вели себя адекватно, за исключением одного момента.
— Какого момента? — спросил Горн.
— Капрал Джек Стентон, сэр, он как будто знает обо мне больше, чем мог бы узнать здесь.
— Что именно он знает?
— Он намекнул, что я не тот, за кого себя выдаю, и предположил, что я капитан СГБ.
Весник и Горн переглянулись. Потом майор вздохнул и почесал в затылке.
— Только этого нам не хватало, чтобы вот так напрямую была совершена попытка вербовки.
— Вот и я так подумал, сэр.
— А с чего вдруг вы подняли эту тему, он что, вот так сразу и сказал — ты капитан СГБ?
— Нет, сэр. Сначала я повел их в местный кабак в Тронсе, они познакомились с савоярками и удивились, что такие красотки в шахтерском городке остаются без внимания.
— Или сделали вид, что удивились, — добавил Весник."
"— Или так, — согласился Штоллер. — Пока мы были в заведении, агенты каттингов поставили нам магнитную бомбу с радиомаяком, я заметил их возню, поэтому, когда мы поехали, пришлось свернуть в переулок, где я эту бомбу снял. В общем, ситуация была для них как бы новая, и они завалили меня расспросами, что да как.
— Ну, на подобную ситуацию любой отреагировал бы так же — не каждый день бомбы к днищу клеят, — сказал Весник.
— Согласен, сэр. Но вот с этой бомбы и начались расспросы. Они заметили, что я действую слишком профессионально, и Стентон стал расспрашивать, откуда у меня такие знания — и закладку заметил, и бомбу обезопасил, и местные обычаи хорошо знаю, значит, неоднократно бываю на выезде.
— Но ведь ты савояр.
— Я тоже так сказал, но Стентон сразу вспомнил, что я не здешний савояр и столь странные местные обычаи не обязательно должны быть мне знакомы.
— Устроил допрос?
— Я бы сказал, допрос с каким-то изощренным давлением.
— Психологический код?
— Вроде того. Он давит, замечает реакцию и снова давит.
— И чем кончилась эта беседа? Они ведь не предложили сотрудничество в лоб?
— Нет, сэр, лейтенант Хирш оборвал Стентона и накричал на него, довольно эмоциональная вышла сцена. Хирш сказал, что Стентон часто так провоцирует собеседников и что это недопустимо.
— И что же Стентон?
— Он извинился.
Возникла пауза, в течение которой каждый из троих раздумывал над поведением новичков. О них мало что было известно, кроме того, что они сами о себе рассказывали. Плюс показания Веллингтона, который, по заключению врача, был законченным алкоголиком, к тому же пострадавшим при катастрофической посадке десантного бота.
Такой мог рассказывать какие угодно сказки, и винить его в этом было нельзя.
— А мы можем затребовать на них досье? — спросил Штоллер.
— Можем, — сказал Горн. — Но пройдет очень много времени, пока что-то выяснится.