От напряжения и того, что приходилось постоянно пользоваться углубленным истинным зрением, у меня на лбу выступил пот. Ощутила, как кто-то осторожно протирает тканью мое лицо и, не глядя, улыбнулась Найе. Узнала ее по ауре.
Протяжно выдохнула, когда яд окончательно убрался из организма. Теперь предстояла кропотливая работа по восстановлению лица! Но по сравнению с тем, с чем удалось справиться, это уже не так трудно.
Медленно, но верно кожа Фиази приобретала первоначальный вид. Страшные шрамы рассасывались, им на смену нарастала новая кожа. Она была чуть светлее оттенка, что был на другой половине лица, но несколько дней на солнце исправят ситуацию. И думаю, Фиази точно придираться не станет к таким мелочам.
Я представила, каково это – столько лет жить так, как она, боясь даже в зеркало на себя посмотреть, без всякой надежды на исцеление, и поежилась. И врагу такого не пожелаешь!
Когда все закончилось, спина и руки болезненно ныли от постоянного напряжения. Прислушавшись к внутренним ощущениям, поняла, что прошло не меньше трех часов.
Растирая затекшую шею, оглянулась и увидела, что остальные по-прежнему не спят. Их взгляды прикованы к преображенному лицу Фиази, и в них читаются восхищение и одобрение.
– У тебя получилось, – одними губами прошептал Питер, похоже, уставший не меньше моего.
Все это время он так и просидел, сжимая маленькую ладошку девушки. Его взгляд выражал такую радость и благодарность, что у меня сердце защемило.
– Получилось, – подтвердила я. – Выводить из сна я ее пока не буду. Запущу еще плетение общего оздоровления. А вам всем не мешало бы отдохнуть.
– Как и тебе, – заметил Натан. – Выглядешь совершенно измотанной.
– Как и чувствую себя, – слабо улыбнулась и поплелась к своему покрывалу.
Друзья тоже не заставили себя упрашивать. Питер же подтащил свою импровизированную постель к Фиази и устроился рядом.
Уже через несколько минут все, кроме Натана, сладко посапывали. Он же решил подежурить первым.
Проспала я всего часа три, но чувствовала себя вполне отдохнувшей. Может, сказалась эйфория от удачно проведенной операции, или то, что большая концентрация шад давала свое. Как бы то ни было, сна уже не было ни в одном глазу.
Оглядев мирно сопящих друзей, поняла, что Натан до сих пор дежурит, сидя у входа в пещеру. А ему тоже не мешает отдохнуть!
Стараясь двигаться бесшумно, пробралась к выходу и увидела сидящего в тени раскидистого дерева мужчину. Он чистил оружие и выглядел, как всегда, совершенно спокойным и невозмутимым.
