Мелькнула мысль, что в моей ситуации это даже на руку, но самой стало противно от такой расчетливости. Саймон спас всех нас. И радоваться его горю было бы низко и подло.
Я как могла подпитала жизненные силы Саймона. Вот только в сознание он так и не пришел. Выгорание – тяжелый процесс. Некоторые неделями не приходили в себя после такого. Да и вообще желательно поменьше тревожить больного. Каждое усилие в первые дни будет даваться ему с огромным трудом. Особенно станут беспокоить фантомные боли в разрушенной энергосистеме.
Вернувшиеся Питер и Натан вопросительно взглянули на меня. Когда я озвучила диагноз, оба помрачнели.
– Бедняга! – искренне посочувствовал артефактор. – Он, как оказалось, был неплохим парнем.
– Не хорони его раньше времени! – вскипела Найя. – Люди живут и без магии!
Никто не стал ничего говорить, но по взглядам было понятно – ее энтузиазма мужчины, как и я, не разделяют.
– Пора уходить, – проговорил Ящер. – Но сначала нужно соорудить для Веннера носилки. Сколько он не сможет передвигаться самостоятельно? – спросил у меня.
– Один Единый знает, – пожала плечами. – Но желательно на это время его тревожить как можно меньше. А то может и вовсе не очнуться.
Найя судорожно вздохнула. Я же прикусила язык, да поздно.
– Нужно добраться до одного знакомого мне места в измененных землях. Там достаточно безопасно. Сможем пересидеть там какое-то время.
– Далеко это? – обеспокоенно спросила райна.
– Полтора дня пути. Хотя с носилками может занять и дольше, – ответил Натан.
Все подавленно кивнули.
– Будем надеяться, что он продержится, – пробормотал Питер и поспешно отвел взгляд от Найи, дернувшейся от его слов.
На сердце было тяжело. И хоть я понимала, что не виновата в произошедшем, легче не становилось. Может, дело в том, что в этом мире я целитель. Мой долг – помогать тем, кто в том нуждается. К тому же мои способности благодаря шад усилились многократно. А значит, я способна на большее, чем обычные целители.
Что если я просто не понимаю, как могу помочь этому человеку? Нужно хорошенько об этом подумать. А пока лучше не давать напрасных надежд. Найя и так держится из последних сил. Видно, что переживает за Саймона как за себя саму. Даже отходить от него не хочет. Прислушивается к дыханию больного, всматривается в лицо, отыскивая малейшие следы улучшения. Смотреть на это нестерпимо!
Только когда мужчины соорудили носилки и погрузили на них Саймона, отошла от него.
