В комнате профессора Генриха Штейнмайера зажигается дружеский огонек интриги. Он с удовольствием расспрашивает гостей, но их появление оказывается неожиданным и волнующим. Вскоре в кабинет вошел профессор с восемью незнакомцами, вызвав историями, которые шатко-балдят его умы....
Дойдя до белого каления, Ник решился на авантюру и вызвал штурм-сержанта.
— Грокк, это капитан…
Штурм-сержант был негласным лидером «проснувшихся». Отношения между ним и землянином складывались достаточно ровно. Десантник оказывал ему подчеркнутое, даже несколько демонстративное уважение, при этом держа всю разношерстную вольницу «проснувшихся» в кулаке и при любом не то что конфликте (этого он не допускал), а просто недопонимании, которое, никуда не денешься, время от время возникало между землянином и этими «пришельцами из прошлого», неизменно выступал на стороне Ника.
— …мне не дают разрешении на стыковку с вашим коридором. Диспетчер заявляет, что к нему потоком стыкуются транзитные суда.
— Врет, — безапелляционно заявил штурм-сержант. — Как минимум два парковочных шлюза свободны уже часа полтора. А нам нужно минут пятнадцать максимум…
— Да знаю я, — досадливо оборвал его Ник, — мне тоже все видно — так что не перебивай! Я вот что тут подумал: у вас же там техников — человек сорок, так?"
"— Да, капитан, — сухо отозвался Грокк, и Ник понял, что, пожалуй, был с ним излишне резок.
— Значит, так.
