В комнате профессора Генриха Штейнмайера зажигается дружеский огонек интриги. Он с удовольствием расспрашивает гостей, но их появление оказывается неожиданным и волнующим. Вскоре в кабинет вошел профессор с восемью незнакомцами, вызвав историями, которые шатко-балдят его умы....
Ну или кем-то другим, кому, опять же, капитан по каким-то причинам предоставил право доступа в свой кабинет.
Если же выявится несовпадение хотя бы по одному параметру, то срок существования любого неправедно посягнувшего тут же начнет свой последний минутный отсчет. Нет, никаких немедленных и смертельных действий, типа выстрела из бластера в башку, предусмотрено не было. Просто любой удод, рискнувший попытаться проникнуть в каюту капитана, не имея на это права, и встревоживший сим поступком систему безопасности корабля, оказался бы немедленно блокирован в гостиной, а для «пупулярной беседы» с ним тут же была бы вызвана дежурная смена противоабордажной команды в полном боевом облачении.
Ну что ж, спальня не уступала гостиной ни в чем, кроме площади. А уж когда Ник заглянул в ванную комнату… М-да, вообще-то ему раньше казалось, что на боевом корабле со свободными площадями дело должно обстоять куда хуже. Впрочем, транспорт снабжения, несмотря на его приписку к боевой эскадре, все-таки не совсем боевой корабль.
Ник оглянулся и присел на кровать, касанием руки вызывая так называемый «ночной интерфейс».
