В комнате профессора Генриха Штейнмайера зажигается дружеский огонек интриги. Он с удовольствием расспрашивает гостей, но их появление оказывается неожиданным и волнующим. Вскоре в кабинет вошел профессор с восемью незнакомцами, вызвав историями, которые шатко-балдят его умы....
— Если ты, конечно, не передумал зарабатывать картографией, — на всякий случай уточнила Трис.
— Нет, не передумал, — мотнул головой Ник. — А сколько нужно?
— Сейчас — миллиона три. Но я не уверена, что это окончательные траты.
— Хорошо, я предоставлю тебе полный доступ к своему счету, — согласно кивнул Ник, а потом уточнил: — Это была единственная причина, по которой ты хотела меня видеть?
— Ну да… если, конечно, не считать того, что я соскучилась, — усмехнулась Трис.
Ник слегка оторопел. Вот черт, это действительно произнесла Страшила Трис? Он не ослышался?
— Привыкла я, знаешь ли, что ты всегда где-то поблизости торчишь.
Ник тихонько выдохнул.
— А вообще-то я считала, что мне придется подробно рассказывать, сколько и на что мне нужно денег. Ты же, гад, так вот просто взял и согласился, — тут Страшила хитро прищурилась. — Хотя, должна сказать, что, с точки зрения женщины, подобная покладистость делает тебя очень перспективным мужчиной… — и она снова рассмеялась.
— А знаешь, ты права — я, пожалуй, перекушу.
— Как знаешь, — Трис пожала плечами, — а вот я, пожалуй, побегу. Я заказала челнок на Транквею.
Транквея была одним из транзитных узлов, поднятых над плоскостью эклиптики системы. Она не входила в юрисдикцию Лузитании и считалась еще той клоакой. Интересно, какие у нее там дела?
— Ну, тогда до встречи, — кивнул Ник, слегка раздосадованный столь скорым уходом Страшилы.
Уже подойдя к дверям кабинета, Трис притормозила и, мгновение поколебавшись, спросила:
— Слушай, а как долго ты еще собираешься пытаться получить полное подданство?
Ник вздохнул:"
"— Не знаю. Сегодня у меня почти не осталось надежды сделать это во сколько-нибудь приемлемые для моих планов сроки, но… бросить все я пока тоже не готов.
Страшила окинула его задумчивым взглядом, а затем медленно кивнула:
— Знаешь, а, похоже, он прав.
