Автор
В мире, где технология и человеческие взаимности встречаются в схватке за контроль над миром, С. А. и Х. представляют шахматную игру века. Опасные шахи и маты ожидаемых решений — все это в третий раз, когда ты хочешь отключить телефон после того, как он вылетает из руки прямо на стакан....
И я брошу ему в лицо, что это он виноват, раз явился без предупреждения. Но он нарушает мои планы:
– Кому не нравится хорошая история про фальшивые отношения?
Выгибаю бровь:
– Удивлена, что ты вообще о таком знаешь.
– Одна моя подруга – большой фанат Лары Джин. Я высидел около шести фильмов.
Он имеет в виду свою девушку.
– Их всего три.
– Казалось, что больше."
"Он такой уверенный. Непринужденный. Думаю, известный обиженный неудачник с проблемным темпераментом, который проводит девяносто процентов своего времени, изучая эндшпили с разноцветными слонами, не должен вести себя спокойно в обычной жизни.
Кажется, внутри него горы уверенности в себе. Откуда бы они там ни взялись. «Посмотри на него, – предлагает внутренний голос. – Ты знаешь, откуда они».
О, да заткнись ты.
– Почему ты здесь, Нолан?
Он отпускает ветку. Наблюдает за тем, как она какое-то время пружинит, а затем замирает на фоне темнеющего неба. И когда тянется ко мне, я уже готова вертушкой ударить его в подбородок, но он всего лишь убирает упавшую на лицо прядь.
– Я хочу сыграть в шахматы.
– Не смог найти кого-нибудь в Нью-Йорке? Нужно было ехать аж до Нью-Джерси?
По всей видимости, припаркованный перед домом миссис Абебе «Люсид-Эйр» принадлежит Сойеру. Конечно же, он водит машину моей мечты.
– Не думаю, что ты поняла, – он выдерживает мой взгляд. Кажется, у него дергается кадык. – Я хочу сыграть в шахматы именно с тобой, Мэллори.
О.
О?
– Почему?
– Вчера на том месте должна была быть ты. Это было… Ты была там. Передо мной, по другую сторону доски. – Он сжимает губы. – Это должна была быть ты.
– Да, что ж.
Было бы круто, если бы это была я. Узел сожаления затягивается внутри, и у меня есть легкое подозрение, что дело не в призовых деньгах, а в том, что матч против этого парня – этого угрюмого, привлекательного, странного парня – был бы самым увлекательным за всю мою жизнь.
– У Мальте Коха на этот счет другое мнение.
– Кох – ничтожество.
– Он второй игрок в мире.
– У него второе место в рейтинге, – поправляет он.
Я вспоминаю, как Нолан вчера унизил его, и говорю:
– Ты когда-нибудь думал, что Кох был бы меньшим козлом, если бы ты хотя бы пару минут в неделю потакал его иллюзиям и притворялся, что он достойный соперник?
– Нет.
– Точно. – Я медленно поворачиваюсь, чтобы уйти. – Что ж, было весело, но…
Нолан хватает меня за предплечье:
– Сыграй со мной.
– Я не играю.
