Автор
В мире, где технология и человеческие взаимности встречаются в схватке за контроль над миром, С. А. и Х. представляют шахматную игру века. Опасные шахи и маты ожидаемых решений — все это в третий раз, когда ты хочешь отключить телефон после того, как он вылетает из руки прямо на стакан....
Гринлиф, которая в настоящий момент тренируется в «Цугцванге» у гроссмейстера Дефне Бубикоглу, является дочерью гроссмейстера Арчи Гринлифа (максимально занимал 97-е место в рейтинге ФИДЕ), ушедшего из жизни в прошлом году. Месяц назад, на благотворительном турнире в Нью-Йорке, она победила Нолана Сойера, лучшего шахматиста в мире. У Сойера был шанс отыграться на Открытом чемпионате Филадельфии, но…
Дрожащими руками швыряю планшет на кровать:
– Как ты это нашла?
Дарси пожимает плечами:
– Делала домашку.
– Домашку.
– У нас в школе неделя генеалогии. Нужно написать о прапрадедушках и прапрабабушках со стороны отца, и не то чтобы ты или мама могли мне помочь, потому что вы обе превращаетесь в истуканов каждый раз, когда я упоминаю папу. Так что я погуглила «Арчи Гринлиф». Извини, если я… – высокий голос Дарси обрывается. Кажется, она вот-вот заплачет.
Мое сердце останавливается.
– Все в порядке! Ты не сделала ничего плохого, милая. Честное слово, я совсем не злюсь.
Она права: мы действительно не говорим о папе или о том, что с ним случилось. Может, стоит это изменить? Может, я должна поговорить с ней о папе? Не мама – для нее это слишком больная тема. Это моя ответственность.
И это справедливо, потому что именно по моей вине его с нами больше нет.
Я становлюсь перед Дарси на колени и беру ее ладонь в свои руки.
– Хочешь поговорить о папе?
– Не сейчас. – Облегчение, которое я испытываю в этот момент, тут же сменяется чувством стыда.
Знает, куда давить.
– Я… работаю там. Мне платят, чтобы я училась играть в шахматы. Всего год.
– А центр для пенсионеров? – глаза Дарси округляются. – Как насчет голубей?
– Нет никаких… Ладно, там есть голуби – целая куча, даже больше, чем нужно. Но центра для пенсионеров не существует.
– Мама с Сабриной знают? Ты врала только мне?
– Нет, – я энергично трясу головой.
Дарси, похоже, расслабляется. На долю секунды.
– Так ты играешь в шахматы за деньги?
– Да.
– Это как с азартными играми?
– Что?
– Азартные игры ведь запрещены?
– Я…
– Вот почему ты обманываешь? Потому что работаешь на шайку бандитов?
– Это не азартная игра, Дарси. Это вид спорта.
Дарси удивленно поднимает брови. Она знает про мои взаимоотношения со спортом.
– Типа того, – добавляю я.
