25 июня 1840 года в здравом сознании не было ни одного человека, так или иначе связанный с кабинетом начальника Собственной Е. И. В. канцелярии генерал-адъютанта графа Бенкендорфа. Генерал, будучи тихо склонившимся над последними сводками своего доклада, внезапно увидел Иванова, теперь находящегося под негласным надзором его службы, за спиной. Правда в том, что он совершил очень опасный поступок: женился на графине Васильевой....
Похоже, «Шайтан Иван 4» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— А как вам ответить, честно или в рамках придворного этикета? — я с невинным видом продолжал смотреть на императора.
— Вот шельма!!! — рассмеялся вдруг император, — Ладно уж, говори, что думаешь. Напряжение давящее на всех в кабинете растаяло. Все незаметно выдохнули.
Глава 32
— Ваше императорское величество, не сочтите за наглость, разговор долгий, давайте все присядем и за чашкой чая, я изложу все мои мысли по поводу этой ситуации.
Видимо император настолько растерялся от моей наглости, что несколько секунд смотрел на меня и не знал, как реагировать на моё предложение.
— Я распоряжусь ваше величество, действительно, мы уже, который час тут заседаем. Глоток крепкого чая не помешает.
Император глубоко выдохнул и покачал головой, но ничего не сказал. Пока слуги накрывали чайный столик я обдумывал свой ответ. Главное не перегнуть палку и не выйти из образа человека из простонародья, пускай умного, но не имеющего высшего образования. Донести до императора свои мысли прямолинейно, чтобы он сразу понял суть.
— И так ваше сиятельство, мы внимательно слушаем вас.
Я прочистил горло.
— Ваше величество, я человек простой и возможно многого не понимаю в большой политике, но вы спрашиваете моего мнения, поэтому будьте снисходительны ко мне.
Взгляд императора нетерпеливо подгонял меня.
— Не знаю, как вас, ваше величество, а меня всегда оскорбляло то пренебрежение с каким к нам относятся так называемые просвещённые европейцы. Особенно, униженное признание нашей сирости и убогости. Как наше высшее общество с придыханием и щенячьим визгом радуется похлопыванию по плечу белого господина. Мы для них дикари и варвары. Эти… понимают и уважают только силу. А ваш Нессельроде ещё и извиняется, зато, что император посмел бездоказательно обвинить их в покушении.
Лицо императора потемнело, кулаки сжались.
— Довольно, полковник, это мы и без вас знаем. Что вы предлагаете дельного?
— Ваше величество, — не стал я испытывать терпение Николая — не нужно огород городить и придумывать сложные дипломатические пути. Мы прекрасно знаем, кто есть сэр Кэмптон, помощник посла, офицер разведки. Наверняка его высокопревосходительство прекрасно осведомлен о всех его связях и участии в покушении.
