В глубинах неизведанных тайн ждет Игорь Артефактор Справедливости — последователи древних богов, которые владеют силами природы. Но каждое действие оставляет след в аду и подземельях, где бесчисленные монстры спят во тьме до утра. Игорь знает границы своих возможностей, но каждый новый смертельный экзамен лишь усиливает его страсть к славе....
Ундо толкнули в сторону лестницы, но он ещё успел заметить, как огромная туманная кишка пролегла через весь узел, направив свой конец на городскую стену. Внутри неё заклубился Хаос, а потом из него хлынули тёмные фигуры порождений.
Вниз по лестнице Ундо летел, уже точно зная, что не вернётся в караван. Его работа охранником закончилась здесь и сейчас. А теперь началось бегство, в котором он собирался принять самое что ни на есть активное участие.
За его спиной стена содрогнулась от удара, а в темноте раздался рассерженный рёв.
— Сзади! — кто из своих успел предупредить, Альберт не разобрал, но повернулся, смещая в сторону прятавшуюся за спиной жену, и выстрелил.
Пуля легла точно в лоб порождению, но оно не остановилось. Возможно, причина была в том, что глаза у этой твари были на пальцах, а мозги — ну, видимо, в том месте, откуда росли ноги. Рыча, простреленная голова распахнула огромную пасть и метнулась к Альберту.
Грохнул дробовик Гаврилыча, и порождение рассеялось туманом. Бывший владелец бывшей таверны передёрнул затвор и оглядел спутников:
— Внимательно! Предельно, блин, внимательно!
Отряд стражи, обычно помогавшей нюхачу во внешнем городе, с боями прорывался к монументу.
Внутренний город ещё держался, но осталось ему недолго. К стенам мерной поступью подходили хтонические гиганты. Именно они разнесли внешнюю стену поселения.
— Пока они идут, мы ещё можем уйти… — проговорил Павел, командир группы, проследив, куда смотрит подчинённый. — Идём!..
И мужчины, плотным кольцом окружив своих женщин и детей, продолжили движение по мёртвым улицам города.
А мир вокруг них менялся, как в непредсказуемом калейдоскопе. Стоило отвести взгляд, как сдвигались дома, изменялись деревья, а плотные клубы тумана накатывали, как штормовой прибой.
И всё же пока людям везло.
К воротам люди выбрались через пару часов. Между ними и монументом оставалось меньше трёх сотен метров.
