Я вскрикиваю от очередного приступа жестокого насилия. Кожу стягивают острыми лезвиями, боль впитывается глубже и больше ни о каких выдумках речи нет — это существо истязает меня словно зверь. Дыхание учащается, кровь бурлит вены, я стараюсь сохранить самообладание и ждать следующего мгновения, пока не смогу выбраться из этого адского кошмара....
Широко, открыто. Так, как никогда мне не улыбался Шамиль.
- Я принес тебе зеленые яблоки. А еще твои любимые булочки с корицей.
- Если я продолжу их есть, то скоро сама стану булочкой с корицей.
- И все равно будешь самой красивой, - усмехнулся Гордеев, выкладывая передо мной на стол покупки.
- Ага, конечно."
"Почти силой, но Игорь накормил меня. Проследил за тем, чтобы я приняла все нужные таблетки и заставил засобираться на улицу. Мы планировали прогуляться вместе, но в последний момент ему позвонил босс.
Оделась максимально тепло, чтобы не дай бог, не простудиться. Угги, и плевать на элегантность, дутая куртка-пуховик, шапка и шарф, в который я укуталась до самого носа, и плевать на красоту.
Я решила прогуляться возле дома, уходить далеко не хотелось, и совсем недолго. Полчаса, максимум, час.
Я бы ни за что не покинула пределы квартиры, если бы знала, кого там повстречаю…
*****- Шамиль… - выдохнула я, завидев невдалеке знакомый силуэт… Я заметила его почти сразу - высокую фигуру в черном плаще. Он стоял на детской площадке возле дома и курил. Несложно было догадаться, что ждал именно меня.
Я могла развернуться и пойти наверх. Могла убежать. Могла позвонить Игорю и попросить его вернуться, но не стала делать ничего из перечисленного. Наоборот. Ноги сами понесли меня ему навстречу.
Не было больше ни страха, ни отчаяния, были только вопросы и глухая обида, которая засела так глубоко, что, уверена, ее было уже ничем не искоренить.
Я подошла и молча остановилась, ожидая, когда супруг начнет разговор. Он ведь за этим был здесь?
- Когда я получу бумаги на развод обратно? – Здорово.
- Когда ты объяснишь мне, почему вообще настала нужда их подписывать, - тихо, но уверенно ответила я.
Нет, я больше не буду его бояться, я дала себе слово.
Каждую ночь, засыпая в слезах, я давала себе слово, что больше не буду бояться муж и любить. Пока что выходило только первое, да и то, с трудом.
- Я не веду объяснительных бесед с проститутками.
