Я вскрикиваю от очередного приступа жестокого насилия. Кожу стягивают острыми лезвиями, боль впитывается глубже и больше ни о каких выдумках речи нет — это существо истязает меня словно зверь. Дыхание учащается, кровь бурлит вены, я стараюсь сохранить самообладание и ждать следующего мгновения, пока не смогу выбраться из этого адского кошмара....
Какие-то пряности, нотка перца и, кажется, апельсин… - Завтра с утра я буду занят – нужно отвести отца в аэропорт, он летит обратно в Москву, - Шамиль выкладывает что-то из кармана брюк на прикроватную тумбу и даже не смотрит в мою сторону, просто информирует о том, как расписал мой день, - вас отвезет Алан, мой младший кузен. В клинике тебя сопроводит Фатима. Хочешь ты или нет, это случится завтра. Ты уже записана к…
- Я не буду этого делать!
Зря я повысила голос. Я понимаю это по глазам мужа. Он вскидывает голову и бросает на меня строгий взгляд.
Шамиль снова делает несколько шагов мне навстречу, а я лишь испуганно сглатываю. Черт. Ну почему все это должно происходить именно со мной?
- Мне выбить из тебя всю дурь? – тихо спрашивает он, начиная расстегивать ремень.
Боже, нет, я не это имела в виду!
- Нет, не надо, пожалуйста, - я дергаюсь назад, но меня ловко перехватывают за руки и притягивают к себе.
- Прежде, чем что-то сказать или сделать, ты должна думать., - объясняет супруг, так, словно я маленький и несмышлёный ребенок.
Не хочу. Не хочу думать. Не хочу чувствовать его.
Я не подхожу на роль наложницы. Я не хочу играть в эти странные, восточные игры. Не хочу быть чьей-то женой в двадцать лет. Мне еще хочется погулять. Мне нужна моя свобода.
Я вскрикиваю и инстинктивно хватаюсь за шею супруга, когда он неожиданно хватает меня за зад и тянет наверх.
Это очень близко. Мы практически вжаты друг в друга… и все по моей вине. По вине моего длинного языка.
- Пусти, - хнычу я, едва сдерживая слезы. Там все еще тянет и такие резкие дергания доставляют лишь боль и сильный дискомфорт. – Пожалуйста…
Шамиль ничего не отвечает, только молча подходит вместе со мной к кровати и садится на нее. Я оказываюсь как бы «сверху».
