По сути, это был годовой доход с весьма хорошего имения в средней полосе империи. Но больше всего, Руслана порадовали найденные документы. Из них следовало, что пара чиновников в Краснодаре давно и прочно сидят на жалованье у иностранной разведки. Отложив документы, Руслан убрал деньги в свой солдатский сидор, лежавший в шкафу, и отправился в кабинет к Рязанову. Тот еще не спал, решив перед сном развлечься чтением какого-то романа. Увидев парня, майор отложил книгу и, задумчиво посмотрев на бумаги у него в руке, с ходу спросил:
– Что-то серьезное?
– Сам решай, – хмыкнул Шатун, отдавая ему документы.
Быстро пробежав написанное взглядом, граф тихо присвистнул и, покачав головой, проворчал:
– Чтоб тебя, опять добычу отдавать придется. Краснодар не наша епархия.
– Спишись для начала с генералом. Татищев человек умный, найдет правильное решение. Да и не стоит через его голову подобные дела решать, – осторожно посоветовал Шатун.
– Согласен. Завтра же гонца отправлю, – чуть подумав, согласился майор. – Да и не стоит нам с тобой там лишний раз появляться. И так весь город знает, если ты приехал, значит, опять кому-то рыло набок свернут, – поддел граф приятеля.
– Ну, тогда я отдыхать пошел, – усмехнулся в ответ Руслан. – А то вдруг война, а я уставший.
– Ну тебя, скоморох, – рассмеялся Рязанов.
Утром, убедившись, что за ночь ничего особенного не произошло, Шатун сразу после завтрака отправился с визитом к Вяземским.
Катерина, уже начавшая привыкать, что по службе парень может в любой момент неожиданно исчезнуть, встретила его с улыбкой, но и с укором в глазах.
– Увы, Катенька, но пока я просто не имею права ставить вас в известность, куда еду, – развел Руслан руками. – Понимаю вашу обиду, но это служба, и этим все сказано.
– Знаю, – вздохнула девушка, протягивая ему руку для поцелуя. – Мне уж папенька раз двадцать все это повторил. И даже признался, что очень многое маменьке не рассказывал, чтобы лишний раз ее не волновать.
– Ну, вот видите, вы и так все знаете, – вздохнул Шатун в ответ.
Полковник, собиравшийся отправиться на процедуры, увидев парня, вежливо поздоровался и, услышав, что тот все это время провел в горах, только одобрительно кивнул. Что такое служба, боевой офицер понимал прекрасно и потому воспринимал это как должное. Так что короткий рассказ Руслана не стал для него чем-то особенным. Надев шинель, полковник поправил перед зеркалом фуражку и, расправив бакенбарды, заявил, ехидно поглядывая на дочь:
– Значит так, молодые люди. Вздумаете куда из дому податься, записку мне оставьте, чтоб я знал, когда вас обратно ждать. И ждать ли вообще. А то господин штабс-капитан, напитавшись горским духом, вздумает тебя, дочка, скрасть, а я и знать не буду.