И уже когда они уходили, брат шепнул мне имя вора, и даже сказал где он спрятал деньги.
Я не знала верить, или нет, но других вариантов не было, и вечером, когда вся квартира собралась на кухне обсудить происшествие, прямо обвинила этого человека.
— Сначала нет, деньги тот прятал в сейфе для ружья и когда его заставили открыть сейф, заявил что это его личные сбережения. Вот только на одной из купюр соседка номер какой-то записала, так вора и вывели на чистую воду.
Витя потом сказал что будто наваждение нашло, он словно из чужих глаз увидел как деньги убирают в сейф, и по татуировке на руке опознал соседа. В общем, с этого всё и началось.
— Мда… А как вообще получилось что вы в коммуналке оказались?
— Да как… Как обычно, наверное… Мама умерла когда мы маленькие были, мне шесть, Витьке три. Отец один остался, пить начал, работу потерял, потом квартиру поменял на комнату эту… Нас даже отнять у него хотели, да не удалось, вроде друг его какой-то в управе тогда работал, помог. После того случая отец пить бросил, в порт устроился, но на квартиру так и не накопил. Хотел на образование собрать, открыл вклад какой-то хитрый, но сначала у меня, а потом и у Витьки дар обнаружили, и нас в школу для одарённых приняли.
— Говорю же, он хитрый был. Отец почти шесть лет платил с тем условием что нас потом учить бесплатно станут, но надобность отпала, а деньги ему никто не вернул…
— Жаль. Какой банк, не знаешь?
— Нет, отец никогда не говорил.
Поставив себе заметку выяснить этот момент, я свернул на нужную улицу, и вскоре уже парковал машину во дворе дома.
— Что с ним? Почему он связан? — Лера застыла на пороге, когда увидела брата.
— Не переживай, он спит, скорее всего ему дали какой-то транквилизатор, а связан, чтоб делов не натворил, когда очнётся. — спокойно ответила Клавдия.
— А ты ещё кто? — почуяв соперницу, переключилась Лера.
— Это Клавдия, моя помощница. — поспешил успокоить я, но не особенно успешно, девушка только ещё сильнее нахмурилась.
Наверное возникли бы ещё вопросы, но тут зашевелился парень. Дёрнулся, попытался встать, не смог, промычал что-то и ошалело закрутил головой.
— Витя! Витя! Успокойся, всё хорошо! Это друзья! — подскочила к нему Лера.
— Как себя чувствуешь? — спросил я, когда на мне остановился его ошалелый взгляд.
Парень кивнул, пробормотал непонятное что-то, и снова попытался подняться.
Тратить время на развязывание узлов не стал, тем более они этого изначально не предполагали, и взяв со стола нож, просто разрезал верёвки.