Понимая что ничего противопоставить людям в масках не смогут, они взялись за руки, соорудив на пути «пришельцев» живой щит.
И те, не дойдя каких-то десяти метров, остановились.
Несмотря на внешнюю одинаковость, мне показалось что я смог выделить главного. Двигался тот позади всех, и в движениях его присутствовала какая-то особая уверенность. Глаза смотрели холодно, но встретившись с ним взглядом, мне показалось что под маской он улыбается.
Застыв на мгновение, тот коротко «бросил»,
Развернулся, и так же неспешно двинулся к выходу.
Молча провожая их «глазами», никто не шевелился, и лишь когда за ними захлопнулась дверь, понеслись первые шепотки.
— Спасибо ребят… — только и смог выдавить я. Адреналин спадал, начинало потряхивать, резко разболелись «боевые» травмы.
И уже потом, когда всех калеченных увели в медпункт, смог осознать, что для меня сделали эти подростки.
Из всех нас больше всего досталось Эдику, он получил сотряс, — слава богу лёгкий, ему сломали нос и выбили два верхних зуба. Здоровяк отделался лишь ссадинами, а я головной болью и сбитыми кулаками.
Честно сказать, даже поблагодарить ребят не смог толком, едва ушли люди в масках, как в помещение «влетела» охрана. Почему так поздно, вопрос риторический, но первое что они сделали, уложили меня, Эдика, и моего большого одноклассника мордами в пол, а остальных просто вывели из зала.
А потом началось самое интересное. Краем уха я услышал что с камер наблюдения исчезли все записи, и доказать как всё происходило, можно было только со слов участников. Ну и, конечно, в ответ на наши заявления, ашки озвучили свою версию, в которой я был зачинщиком, Эдик криминальным мозгом, а Виталик, с его пудовыми кулаками, представлял тяжелую артиллерию.
— Они первые начали! — громко кричала девчонка «парламентёр».
— Фмотрите фто они со мной фделали! — беззубо шепелявил Тополь. Не знаю уж как, но ему вполне удавалось имитировать потерю зубов, хотя на конец заварушки они были целы.
Почти сразу прискакал директор, и бегая вокруг сынка, зыркал так, что мне, да и не только мне, будущее виделось вполне определённым.
Чуть позже подкатили полицейские, среди которых были и двое моих знакомых.
— Так, что тут у нас? — набычился капитан, уставившись мне в переносицу.
— Он избил моего сына и его друзей! — припадая на правую ногу, подскочил директор.
— А кто ваш сын? Этот? — кивнув на Тополя, хмыкнул капитан.
— Он! Он! Посмотрите что этот уголовник с ним сделал!
— Хм… — поджав губы, промычал полицейский.
