Автор
В этой ужасной больничной палате с ее унывылыми окнами, где шепчутся тихие слезы пациентов и лежит бездыханный воздух — именно здесь главная героиня Шефа, Ксюша, борется за каждый глоток свежего воздуха. Её жестокий шеф требует чудовищных усилий, но у нее есть маленький кусочек добра внутри, который помогает выжить и сохранить собственную идентичность в этой мрачной тюрьме....
Всё, теперь мы окончательно в диссонансе друг с другом. Орловский дуется, я даже не предпринимаю попыток с ним заговорить. И это ощутимо сказывается на том, что мы делаем. Всё невпопад, не то и не так. Какой уж тут финал с таким настроем? Мы в полуфинале-то опозоримся на всю страну.
- Всё. Стоп! - снова кричит Андрей, и я застываю на месте. - Делим обязанности. Я так больше не могу. На горячем шеф ты, на десерте уж будь добра подчиняться мне.
А это прозвучало бы даже сексуально, не будь я настолько взвинчена.
- Окей! - буквально ору в ответ. - Неси трюфели, лангуст скоро будет готов.
- Да, шеф.
Мне кажется, или в его голосе звучит издёвка? Даже если и так, он может засунуть себе свою злость куда угодно - сейчас я даже думать о том, чтобы вдоволь поругаться, не могу.
Горячее подано, и у нас есть двадцать минут прежде, чем бежать и готовить десерт. Их мы проводим в специально отведённой комнате, куда заходим едва ли не врагами.
- Рита, послушай… если так будет продолжаться, я уйду с этой кухни ко всем чертям, и делай что хочешь.
- Да-а? Прекрасно. Можешь не утруждаться. Если тебе так претит моя компания, то уйду я.
- Рита! Мать твою!
Я никогда не видела его настолько злым. Его агрессия вымораживает меня изнутри, хочется закрыть уши руками и сбежать. И главное - я не заслужила подобного обращения. На мои глаза помимо воли наворачиваются слёзы, но я держусь. Не хочу, чтобы кто-нибудь видел, что я плакала.
- Пухляш, прости… Я не понимаю, что происходит.
Он обнимает, гладит по волосам, что-то шепчет на ухо, а я чувствую только огромное опустошение. Я вымотана физически и эмоционально. Я шла на этот проект для себя, но по факту поняла, что в этой чуждой мне среде я остаюсь только ради Андрея. Я просто не готова к таким переживаниям, и я, чёрт бы всё побрал, не хочу быть готова к ним и впредь.
- Всё нормально. Сейчас вернёмся, я буду тебя во всём слушаться. Ты же у нас шеф. Это твоё место.
- Малыш, ну прости.
- Да не за что извиняться, правда. Идём.
Я вру ему, и он это понимает. Но сейчас у нас обоих только один выход - вернуться на главную кухню и доделать ужин для экспертов. Назад дороги нет.
Стоять перед жюри из пяти человек, знать, что Милена с матерью уже прошли в финал, и дожидаются там того, кто станет победителем сегодняшнего соревнования, - страшно так, что начинают трястись коленки. Озвученные баллы наших соперников особо не внушают нам оптимизма.
