В шелестущих страницах ждут вас события, как будто были вынуты из глубин древних сказок. Здесь воздух наполнен мистикой и загадочными оттенками неизведанных зон. Каждая строка дышит призрачной реальностью, создавая вокруг вас мир атмосферный и нереальный, где обычное становится чрезвычайным....
— Кто вы такие? — послышалось со второго этажа.
Ага. Как минимум один из братьев на месте. Это уже хорошо. По хорошему мне хватит и его. Хотя двое конечно лучше.
— Вы подняли руку не на того человека, барон Унгерн.
Плевать кто из них кто. В России есть разница между боярином и бояричем, у немцев же все бароны, что глава, что наследник, что младший сын, все под одно. Так что, не ошибусь.
— Это всего лишь работа, ничего личного.
— В таком случае, выходите с поднятыми руками, и мы поговорим с вами.
— Хорошо, я выхожу.
— Оба, — уточнил я.
— Разумеется,— практически без заминки ответил второй голос.
Из коридора послышалась возня, «шайзе» на немецком, «м-мать» на русском, и наконец в сумрачном коридоре появились парни, волокущие бесчувственное тело пленника. Вот и ладушки, остались только их хозяева.
Из-за поворота лестницы на площадку вышли двое молодых людей, не старше тридцати лет, побросали на пол шпаги, кинжалы и пистолеты. Проворные ребятки, успели вооружиться по-полной. У одного из них рубаха на боку в крови.
Хм. И какого спрашивается лешего они не воспользовались трофейными «Панцирями»? Это же первое, что они должны были сделать. Во всяком случае, я сразу же этим озаботился. Эти же понадеялись на стандартную защиту. Решили, делать ставку на свой дар, а бриллианты восприняли просто как дорогой товар? Ну, если на продажу, тогда и впрямь лучше продавать чисто камни.
Ну кто бы сомневался. Приблизившись на расстояние в шесть шагов, они вскинули ко рту кисти рук, с закреплёнными на обратной стороне духовыми трубками. Плевок, и они подались в разные стороны, перемахнув через перила. Не то, чтобы в этом была необходимость, но стоять истуканом не дело. Может перерасти в дурную привычку.
"Под ложечкой засосало, словно образовалась пустота. Но я не нормальный одарённый, а не от мира сего, причём в прямом смысле этого слова. А потому связь с вместилищем не потерял, и плетения первой очереди не развеялись. И когда братья навалились на меня с двух сторон, я атаковал одного из них «Шквалом», впечатав в стену.
