В шелестущих страницах ждут вас события, как будто были вынуты из глубин древних сказок. Здесь воздух наполнен мистикой и загадочными оттенками неизведанных зон. Каждая строка дышит призрачной реальностью, создавая вокруг вас мир атмосферный и нереальный, где обычное становится чрезвычайным....
Уверены, что поединок с взбалмошным юнцом добавит вам авторитета, и вас впредь станут приглашать для проведения столь значимых балов?
— Что вам угодно, милостивый государь? — явно не желая скандала, спросил он.
Не имеет значения кто победит в поединке, он проиграет в любом случае. Так что, выбор у него невелик.
— Как я уже говорил, у меня к вам просьба, в следующем танце свести партнёршу боярича Астафьева не со мной, а с майором Изотовым, а меня поставить в пару с госпожой Тульевой.
— Гхм. Вы уверены, милостивый государь?
— Разумеется, я уверен, сударь.
— Хорошо, — после слегка затянувшейся паузы, ответил он.
Вот интересно, что знает этот прохиндей, чего не знаю я? Ладно, с этим мы разберёмся после. А пока стоит поторопиться к великой княжне, так как этот танец за мной, и опаздывать никак нельзя. Не хватало только чтобы с началом музыки, она осталась в одиночестве. Эдак ведь и обидеться может, всё же девица, и танцевать ей нравится.
— Сударыня, — протянул я Марии стакан с прохладным лимонадом.
— Благодарю, Пётр Анисимович, — приняла она напиток.
Утолив жажду Долгорукова оставила стакан на подносе проходящего рядом слуги. Затем поклонилась двум молодым дамам, с которыми вела беседу, и положив свою левую руку на моё правое предплечье, пошла рядом со мной, задавая направление лёгкими толчками и пожатиями. Браться за руки с дамами и девицами слишком интимный жест. Вне близких отношений подобное допускается только в двух случаях — первый, чтобы поцеловать ручку, и второй, в танце.
"— Я гляжу вас продолжает тянуть к дамам много старше, — идя со мной под руку, с ироничной улыбкой произнесла Долгорукова.
— О чём это вы? — слегка насторожился я.
Уж больно мне не понравился тон, которым она это сказала. Такое впечатление, что ей известно то, что неведомо мне. Причём это чувство у меня возникло уже не впервые за этот вечер. И вообще, ощущение словно я лицедействую на сцене, а остальные в роли зрителей. Я понимаю, что что-то происходит. Вот только несмотря на весь мой жизненный опыт никак не могу понять что именно.
— Всего лишь припомнила Эльвиру Анатольевну, а так же ваших соседей по имению, кажется Котова и Панова. Мне о них Лиза рассказывала, — с издёвкой произнесла Мария.
— Лизе стоило бы слегка укоротить язык, — недовольно заметил я.
— Ну, с сестрой вы разберётесь при встрече, а вот я сделала для себя вывод, что вам, Пётр Анисимович, нравятся зрелые женщины, — улыбнулась она, и вновь отпила лимонад.
