Из глубин веков до современности — в мире где миры переплетаются и битва за существование не знает спасения. Здесь жарко, опасно и невероятно красиво. Каждая страница открывает дверь в новый мир, где предательство соседей – норма жизни, а любовь – это нежданная революция....
Ни моя теоретическая база, ни моё чутье, ни единое информационное поле Земли мне ответа на этот вопрос не дали. Но обрабатывать большее количество руды попросту не получалось. Если она была качественной, то на выходе получалось порядка двух пудов чугуна. Из луговой, ввиду большого количества примесей около одного.
Первый блин едва не вышел комом, и я за малым не спалил сарай к нехорошей маме. Благо огневики могут не только поджигать, но и укрощать пламя. А у меня к тому же плюсом к высокому рангу, ещё и усиленный приток Силы во вместилище.
"Проведя первую плавку с нормальной рудой, я остудил тигель и вновь убрал конструкт. Для следующего опыта вписал его непосредственно в стенки тигля, укрыв от постороннего взгляда, оставив снаружи лишь часть для активации. После чего загрузил промытую и просушенную луговую руду в тигель и вновь активировал конструкт. Как и ожидалось, богатое на различные примеси сырье в основе своей выдало шлак, но чугун получился качественным.
Вот это-то обстоятельство меня и заинтересовало. А в частности пара плетений, которые как раз и отвечали за получение чугуна заданного качества. То есть, они отделяли примеси от основного продукта. И вот с этим я попытался разобраться получше, прибегнув и к довольно широкой номенклатуре плетений из разряда рудознатцев.
Геологи из моего мира лопнули бы от зависти, зная какие возможности есть у аборигенов. Рудознатцы могли просканировать землю на достаточно большую глубину, при соответствующем даре и определить как характер грунта, так и состав.
Часа через два, сосредоточенного умственного труда, я наконец сумел разобраться что к чему и как это можно исправить, чтобы использовать в несколько иной конфигурации. Взял большой камень жернова мельницы и нанёс на него новый конструкт. В центр поместил измельчённую в пыль руду и активировал всё ту же шестилучевую звезду, но уже с другой вязью. Без понятия отчего всё всегда сводится к такой конфигурации.
Конструкт «Расщепитель», а чем не название, засветился бледно-зелёным свечением, и из центра к вершинам лучей потянулись струйки пыли, а вскоре я получил на выходе шесть различных основных компонентов, входивших в состав использованного образца, в центре же осталось незначительное количество порошка, из примесей имевшихся в незначительных количествах. Правда, заплатить за переработку одного пуда сырья пришлось сотней люмов.
