Холодило кожу и гасило жар, который с каждым днем становился все невыносимее. Габи обнаружила серебряный ошейник, принадлежащий зверю, которого никто не мог найти. Теперь у нее было сразу два ошейника — один ласковый и другой странный, но она выбрала второй, который ей нравится больше всего....
Вот и Сева не стал терять. Помимо автомата у него имелся еще и охотничий нож. Конечно, остро заточенной лопатой рубить осину сподручнее, но и ножом как-нибудь управится. За одно и согреется немного.
С добычей вооружения ничего не вышло. Не было в окрестностях ручья осин. Если какая и выросла, так, наверное, та, что попалась под руку Митяю. Сева поежился, раздумывая, а не лучше ли и вовсе снять насквозь мокрое пальто. И в этот самый миг его накрыла холодная волна дурного предчувствия. Если бы Митяй рубил осину, были бы слышны звуки.
"Не было звуков. Или были, но он, увлекшись поисками осины, просто их не услышал? Сева вскинул автомат, осмотрелся. Хотя, что ты увидишь в этом непроглядном тумане?
– Митяй, – позвал он сначала шепотом, а потом уже в полный голос: – Митяй!
Подумалось, что вот сейчас друг выскочит из тумана, цапнет за плечо и скажет что-нибудь дурацкое. У Митяя это хорошо получается.
Только никто не выскочил. И на крик его никто не отозвался…
На смену волнению пришла самая настоящая паника.
Как бы то ни было, а оставаться на месте больше нельзя. Нужно двигаться в ту сторону, куда ушел Митяй. Он сказал, что не уйдет далеко. Значит, круг поисков можно ограничить этим берегом ручья. Вряд ли Митяй поперся бы на тот берег ради глупого розыгрыша.
Тела не было. Ни тела, ни саперной лопатки, ни автомата. И никаких подозрительных звуков Сева не слышал. Он раз за разом прокручивал в голове воспоминания. Все было тихо.
Это было похоже на то, что Митяй ушел сам. Добровольно и своими собственными ногами. Сам ушел, оружие унес. Кстати, осину Сева нашел. Нетронутую осину…
От сердца слегка отлегло. То, что Митяй мог уйти по доброй воле, казалось хорошей новостью. Как и тот факт, что Сева так и не нашел тела. Вопросов оставалось много, но главное сейчас вот это. Митяй дурак, но дурак живой.
