Холодило кожу и гасило жар, который с каждым днем становился все невыносимее. Габи обнаружила серебряный ошейник, принадлежащий зверю, которого никто не мог найти. Теперь у нее было сразу два ошейника — один ласковый и другой странный, но она выбрала второй, который ей нравится больше всего....
Вот, значит, упала она! Дед подумал, что все – померла, а тут видит, из кустов выбирается черная монстра с красными глазами. Оборотень! Дед тогда так испугался, что потом всю оставшуюся жизнь заикался. Может, и умом немного того… тронулся, потому что все рассказывал, что у монстры было три головы. Но такого ж быть точно не может! Где это видано, чтобы оборотень был о трех головах?! Примерещилось деду со страху. Но ни батю моего, ни меня он в Гремучий ручей не пускал. Ни в усадьбу, ни в лощину. Дед думал, что кто-то ведьму тогда прибил.
Вот такая интересная получалась история! Вот так и рождаются сказки со слухами. Были упыри, стали оборотни. А все потому, что настоящей правды никто не знал.
– И что сейчас? – спросил он. – Что думаешь делать?
– Вы куда собрались? – вопросом на вопрос ответил Зверобой.
Влас промолчал.
– А не важно! – Зверобой снова махнул рукой. – Я с вами до лощины дойду, а там разбежимся. – Я думаю, он в лощину утек.
– Оборотень?
– Оборотень! Мы с ним теперь как нитка с иголкой. Куда он, туда и я. Дело чести. А вам я мешать не стану, – он покосился на Власа. – И до ваших интересов мне никакого дела нет. Как скажете, так сразу и уйду. Товарищ командир, вы ж меня знаете. Разве ж я вас когда подводил?
– Не подводил, Василий.
– А что я должен был хорошего делать? – обиделся Зверобой. – Я ж, считай, связной у вас. И проводник тоже. И жратвы я вам в отряд приношу. Кто вам зайцев добывает?
– Ладно. – Влас мотнул головой. – Пока с нами иди, а там видно будет. Что там в деревне нового?
– А что там может быть нового, когда деревни больше нет? – Зверобой помрачнел.
