Одиночка с железной волей живет по собственным правилам, не подчиняясь никому. Годы ненависти и жажды мести к человеку, который лишил его всего. Между ними война без правил и пощады. Его девиз прост: моя жизнь, мои правила. И он готов пойти до конца.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Шерхан» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Одиночка с железной волей живет по собственным правилам, не подчиняясь никому. Годы ненависти и жажды мести к человеку, который лишил его всего. Между ними война без правил и пощады. Его девиз прост: моя жизнь, мои правила. И он готов пойти до конца.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Одиночка с железной волей живет по собственным правилам, не подчиняясь никому. Годы ненависти и жажды мести к человеку, который лишил его всего. Между ними война без правил и пощады. Его девиз прост: моя жизнь, мои правила. И он готов пойти до конца.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Наш секс- это не секс, это был танец влюбленных в друг друга людей, с переизбытком нежности и тихого желания раствориться в своем партнере, поэтому тут не было месту эго, не было траха, была любовь в каждом жесте, в каждом прикосновении, в каждом движении тел.
— Я люблю тебя… — шепчет мне в губы Лера, жмурясь от полученного оргазма, тело ее подрагивало подо мною. Моя персональная эфойрия ударила мне в голову, едва успел вытащить член и с глухим рыком выплеснуть сперму на бедра девушки.
— Я тоже люблю тебя, — целую ее в висок, ложусь рядом, притягивая мою малышку к груди. Она дышит мне в шею, не шевелится, я прикрыл глаза и не заметил, как провалился в глубокий, долгожданный сон без сновидений и без мыслей.
23 глава (Лера)
Стаскиваю полотенце с головы, сушу волосы. Настроение у меня от одного до десяти, минус пять, если быть точнее. Ниже плинтуса, а есть еще ниже?
Если бы я мечтала о сцене, из меня получилась прекрасная актриса, я бы непременно выиграла «Оскар» и все остальные награды в индустрии кинопроизводства за достоверность игры главной роли. Я играла. И мне не стыдно было обманывать всех окружающих, ведь себя то не обманывала, все прекрасно понимала. И играла я ради душевного спокойствия родных, близких и любимых.
Папа только вздыхал, качал головой, видя меня серьезной, с мимолетной улыбкой, на большее не надеялся. Вика тоже считала, что в сложившейся ситуации я выглядела слишком хорошо. Даже очень хорошо, на зависть сестрице. Впрочем, перед Карениными я тоже изображала, что смирилась с обстоятельствами."
"Сложнее всего было с Ярославом. Он чувствовал мое настроение, как свое собственное. Он первые дни после выписки из больницы не отходил от меня ни на шаг, держал в руках и согревал меня своим теплом, не отпускал, поддерживал улыбкой, взглядом, просто своим присутствием поддерживал во мне желание жить. Жить ради него, пытаться справиться с внутренней темнотой, цепляться за его руки и не упасть в пропасть под названием «Безнадежность». Мы с ним ни разу не говорили о том, что случилось, почему это произошло. Мы сознательно и по обоюдному согласию опустили тему. И если Яр успешно справлялся с обрушившимся его горем, я барахталась в этом «болоте», то погружаясь с головой, то выныривала для жадного вдоха.
Я не справилась. Соскользнула с обрыва и полетела вниз. После нашей долгожданной близости, Ярослав впервые заснул с умиротворением на лице. Откуда знаю, что впервые? Каждую ночь подходила к дивану, всматривалась в спящего Яра. Он тогда даже во сне сводил свои брови к переносице, словно над чем-то серьезным думал.
Я плакала. У меня была идея фикс — срочно забеременеть, наплевав на рекомендации врачей, на свой организм, который еще не пришел в себя.
