Нам известно, что американец, назвавшийся Харгрейвом, прибыл в Танбридж-Уэллс за два дня до преступления, с велосипедом и саквояжем. В саквояже у него был обрез, значит, он ехал с намерением совершить убийство. Вчера утром он отправился на велосипеде в Берлстон, спрятав двустволку под пальто. Здесь, насколько нам известно, его появления никто не заметил. На шоссе полно велосипедистов. А к парку можно подъехать, минуя деревню. Затормозив у рва, он спрятал велосипед в кусты, а сам где-то притаился, не спуская глаз с дома в ожидании Дугласа. Двустволка – не самое лучшее оружие для стрельбы под крышей, но он и не собирался стрелять в доме. Он думал убить Дугласа под открытым небом – из такого ружья трудно промахнуться, а выстрел в сельской Англии, где охота – дело обычное, вряд ли кого-нибудь удивит.
– Все это очевидно, – согласился Холмс.
– Однако мистер Дуглас так и не появился. Что было делать? Оставив в кустах велосипед, Харгрейв в сумерках приближается к дому. Мост опущен, никого вокруг нет. И он решается проникнуть в дом, придумав, без сомнения, какой-то предлог, – вдруг кого-нибудь встретит. Но он никого не встретил. Проскользнув в ближайшую дверь, оказался в кабинете и спрятался за штору. В окно он видел, как поднимали мост, – значит, уходить придется через неглубокий, но все-таки наполненный водой ров. Он ждал до четверти двенадцатого и дождался: Дуглас, совершая свой обычный вечерний обход дома, вошел в кабинет. Харгрейв застрелил его и скрылся тем путем, который наметил, стоя за шторой. Он понимал, что служащие гостиницы опишут его внешний вид, если им покажут велосипед. Он оставил эту улику в кустах и отправился в Лондон каким-то иным образом. Ну, что вы на это скажете, мистер Холмс?
– Что ж, мистер Мак, ваша версия ясна и логична. Но у нее – один конец, а у моей версии – совсем другой. Я утверждаю – убийство было совершено на полчаса раньше, чем показали Баркер и миссис Дуглас. Между ними существует сговор, они вместе что-то утаивают от полиции. Они содействовали побегу убийцы, во всяком случае, застали его на месте преступления, сфабриковали улику, убеждающую в том, что преступник ушел через окно. Тогда как, скорее всего, они сами и выпустили его через мост. Так я представляю себе эту часть драмы.
Оба детектива, как сговорившись, покачали головами.
– Если это правда, мистер Холмс, на нас свалилась еще одна загадка, – сказал лондонский инспектор.
– К тому же почище первой, – прибавил Вайт Мейсон.